Бывший - все сложно - Ольга Тимофеева Страница 57

Я подношу таблетку к губам, но не глотаю.

Лучше бы вообще от постороннего человека залетела. Правда, проще было бы. А так Самсонов будет рядом. Постоянно пробивать мои стены и испытывать на прочность нервы.

И я реально боюсь, что я могу дать слабину, а он чего-то испугается и опять уедет.

Кажется, что за это время, он мог стать другим человеком. Я просто все еще храню воспоминания о нем, как о том человеке, каким он был в то время, когда мы были вместе. Да у меня все пропитано этими воспоминаниями. Потому что для меня он несколько лет назад умер и я не хотела помнить плохое.

Второй шанс, это значить, старые сваи разрушить и строить новое что-то. И возможно то, что узнаю, мне не понравится.

Сжимаю таблетку в пальцах, как будто это ключ от клетки. Или кнопка самоуничтожения.

Выбрать надо.

И я уже выбрала.

Все должно быть в свой час. Мы с ним уже проходили путь, когда сначала беременность, а потом несостоявшаяся свадьба и весь этот пздц.

Я так больше не хочу.

Закидываю таблетку в рот. Запиваю водой и проглатываю.

Я должна быть уверена в этом человеке, чтобы захотеть от него родить. А не давать кредит неблагонадежному клиенту.

Пробегаюсь по инструкции. Вторую таблетку надо будет выпить через двенадцать часов. Где-то в три часа ночи. Сразу завожу будильник на это время.

Надо бы поесть, а то я так не выспалась и внутри штормит, глаза закрываются. Не хочется ничего.

Но отдохнуть не дают. Сначала звонит Боря, рассказывает, что с дедом ездили собирать колорадских жуков. Он собрал пятьдесят три.

Потом звонит Соня. Леша конечно уже рассказал ей все, но мне так плохо, что хочется побыть одной. Я поговорю с ней, но потом.

Когда после этого еще звонят с предложением сделать мне потолок… Ааа… Я ставлю на телефоне режим полета.

Шторы прикрываю, чтобы закатное солнце не палило прямо в глаза. Пока стиралку отстирывает мои грехи, отдохну.

Чего так все тело тянет? Побочка от таблетки, что ли? Или просто вымоталась и не выспалась? Натягиваю на себя плед и засыпаю почти сразу.

Просыпаюсь от того, что по горлу будто наждаком прошлись. Голова гудит, как будто внутри кто-то долбит молотком. Кости ломит, будто я ночью бегала марафон.

В дверь кто-то долбит. Ну, ночь же!

Тело все снова липкое, потное. Точно побочка от лекарства.

Шаркаю по полу босыми ногами, не включая свет.

— Иду, – сиплю, но даже сама себя не слышу.

Глотать, капец, больно.

Смотрю в глазок.

Самсонов.

— Чего тебе надо? – открываю дверь.

— Жива… Напугала нас!

Делает шаг и заходит ко мне.

— Никит, уходи, дай ты поспать! С ума сошел?

Захлопывает дверь и на ходу прикладывает тыльную сторону ладони к моей щеке.

— Ты горячая вся.

— Это подкат такой новый?

— Кира, тебя ищут все. Ты хоть бы сказала, что болеешь.

— Кто все, Самсонов? Ночь на дворе! Давай, иди, и так хреново.

— Ночь? Ты в окно глянь.

Оборачиваюсь на кухню и под рольшторами просвечивает тонкая полоска света.

— Черт!

Возвращаюсь в спальню и беру телефон. Десять ноль восемь.

— Ты на работе не появилась, они через знакомых вышли на Лешку, он мне позвонил.

Десять утра! Таблетки. Я должна была выпить в три часа ночи. Опоздала на семь часов!

Может, и одной хватило?

Беру с тумбочки таблетку и запиваю водой.

Иду за телефоном. Самсонов разувается, скидывает куртку и идет за мной в спальню. Раскрывает шторы.