Забрать свою семью - Юлия Бонд Страница 61

Зачем эти пафосные фразы, мол, не хочет делать больно и в таком духе? Стельмах словно издевается надо мной: то приближает к себе, то отдаляет. Только за что? Неужели я действительно заслужила на такое к себе отношение?

Боль и обида разрывают моё израненное сердце на части. От токсичных мыслей голова идёт кругом. Мне бы перестать перебирать в памяти все сказанные мужем фразы, но не выходит. Снова и снова, как заезженную пластинку, прокручиваю по кругу одно и то же.

Выхожу за ворота не оглянувшись. В этом доме я была в последний раз, на своих двух сюда точно не вернусь!

Уф-ф-ф… Сколько злости внутри затаилось, выплеснуть бы, чтоб полегчало, но не могу! Я ещё никогда так не злилась за все свои тридцать два года, как сейчас. А злюсь я на себя ровно столько же, как и на Льва, возможно, на себя – чуточку больше.

Не нужно было приходить к Стельмаху на работу! Не нужно было говорить о своей беременности. Ха! Так я ведь даже и сказать не успела. Скажу когда-нибудь? Возможно. Только что это изменит? Опять Стельмах включит великомученика и будет рядом со мной из-за ребёнка (читать “из жалости”). А я не хочу, чтоб меня жалели – восемь лет было достаточно, чтобы понять какое это дерьмовое ощущение.

По дороге ловлю попутку, затем делаю ещё одну пересадку и приезжаю к маме. Настроение с отметкой “стабильный минус” от мамы не спрятать. Она сразу чувствует, что со мной что-то не так. Пока София собирает свои вещи, мама отводит меня в кухню, предлагает выпить чай.

— Ась, ну что всё-таки случилось? Расскажи мне, доченька, и тебе легче станет, – не унимается мама.

Ситуация тупиковая. С одной стороны, мне хочется с кем-то поделиться своей болью, а с другой – нет. Я не знаю, как поведёт себя мама, возможно, после моего чистосердечного признания она воспылает к Стельмаху лютой ненавистью. А может, позвонит ему и расскажет о беременности. В общем, любой из этих вариантов ещё сильнее усугубит ситуацию.

— Мам, потом расскажу. Сейчас не могу, прости, – стою на своём, отчего мама огорчённо вздыхает и если даже обиделась, что я не хочу с ней секретничать, то никак не выказывает.

— Ладно, захочешь – расскажешь.

— Спасибо, мам. Как успехи у Сони? Как провели день?

Мама красочно описывает сегодняшний день начиная с того момента, как она забрала Соню со школы. Оказывается, они сегодня побывали в зоопарке, даже сфоткались с обезьянками.

* * *

Вечером в гости приходит Матвей. На удивление Соня рада этой встрече, не отходит от своего биологического отца ни на шаг. А я, пользуясь моментом, готовлю в кухне ужин.

Запах еды раздражает, пытаюсь дышать ртом, но приступ токсикоза всё же случается, и я закрываюсь в ванной комнате, чтоб опустошить желудок.

Стоя в ванной перед зеркалом, смотрю на своё отражение. Бледная вся, изученная, а это только начало беременности. Если так пойдёт и дальше, то даже не знаю, как с этим справляться. Когда я была беременная Соней, то чувствовала себя гораздо лучше. Возможно, всё дело в моём возрасте тридцать плюс или же из-за постоянных стрессов мой организм сходит с ума.

Когда выхожу из ванной комнаты, слышу разговор Сони и Матвея.

— А мама так часто бегает в туалет. У неё что-то с желудком, – поясняет Соня.

— Серьёзно? А мама у врача была?

— Не знаю, сам у неё спроси.