Развод. Любовь вдребезги - Анна Эдельвейс,Анжелика Дюбон Страница 73

Глава 27

Через год

Никита родился здоровым, крепким мальчиком. Из роддома Илья привёз меня в дом, в котором мы поселились сразу после побега от Максима.

Развели нас с мужем очень быстро, буквально на первом заседании суда. Потом (хотя я не настаивала), в мою пользу отсудили немалые алименты на Матвея, перепелили банковский счёт Максима и половинную стоимость квартиры тоже присудили к выплате. Я старалась не вспоминать о бывшем муже.

Дом, в котором я жила теперь, принадлежал Илье. Я отлично знала, что Илья купил его для меня, но, зная мой гордый характер, сначала уговорил пожить в нём до тех пор, пока не встану на ноги и не куплю себе сама что нибудь. А потом я обнаружила дарственную от него на моё имя на этот дом.

У нас с Ильёй отношения были сказочными. Нет, не в том смысле, что сказочно- прекрасные. А в том, что мы любили друг-друга, но до сих пор не переступили ту грань, которую переступают люди, становясь любовниками.

Сначала моя сложная беременность мешала этому как нельзя лучше, давая нам с Ильёй время определиться в чувствах.

Мы с Наташкой часто говорили на эту тему, Наташа, не скрывая симпатии восхищалась Ильёй, но моя подруга бриллиант в короне подруг. Она никогда не советовала мне ничего, что касалось бы моих чувств. Поддерживала, защишала, но в душу мне не лезла. Когда родился Никита, тут же стала его крёстной мамой.

Теперь у моих детей была одна и та же крестная мать, у обоих мальчишек была одна фамилия настоящего отца и отчество тоже одинаковое. Я долго думала над этой ситуацией и пришла к выводу: Матвей и Никита родные братья, значит и метрики у них должны быть как у братьев. Незачем в будущем им объяснять, почему у одного есть отец, а у другого прочерк в документах. Отец есть у обоих, а то, что он скот, так это они сами в дальнейшем решат.

Будут получать паспорт и определяться чью фамилию и отчество носить в дальнейшем.

Я сидела с Никитой у окна, кормила сына. Видела, как Илья подъехал. Первым делом из машины показался огромный букет сирени. Мамочки, где же он её раздобыл, и так много. Гружёный пакетами, Илья коленом захлопнул дверь машины, направился ко мне в дом.

Смотрела на красивого, мощного, самого идеального мужчину на свете и знала, что сегодня сама прогоню своё счастье. Не могу я строить своё счастье на его жалости и сочувствии. Не может быть, чтоб мужчина полюбил женщину с двумя чужими детьми. Надо дать Илье свободу и как бы мне не хотелось удержать его, он не должен тратить свои годы на меня. Он классный, хороший и должен жить своей жизнью, а не моей. А я уж как нибудь.

Щёлкнула входная дверь, я с Никитой на руках оставалась сидеть, на звук из детской выскочил сынишка. С распростёртыми руками помчался к Илье, прижался к его колену. Илья бросил пакеты, присел перед Матвеем:

— Привет, боец. Как мама?

Они коротко обнялись, Илья вручил цветы Матвею: