Измена с молодой. Ты все испортил! - Аника Зарян,Каролина Шевцова Страница 73

— Ира, так ты же на курсы ходила. — кивает Света. — Продемонстрируй нам свое мастерство!

— Я могу, — смеется Ира. — Если хозяйка дома не против.

— Моя кухня в твоем распоряжении, — развожу руками и показываю, где у меня бар. — Секса на пляже не могу обещать, но что-нибудь точно можно придумать.

Ира начинает рассматривать бутылки с алкоголем, крутить в руках, читать этикетки. Света и Оля, быстро справившись с сервировкой, наблюдают за ней, сидя за столом.

— У тебя тут неплохая коллекция, Ксюш. — серьезно выдает она через пару минут, неся к столу бутылку белого рома.

— Всё в твоем распоряжении, — повторяю, подмигивая воодушевленной Ире. — В холодильнике есть соки. И льдогенератор.

— Так точно, капитан. — Она открывает дверцу холодильника и начинает изучать содержимое.

— Ир, садись уже за стол, — говорит Оля. — На десерт будешь смешивать свой коктейль.

Ира не реагирует на слова подруги. Оглядываюсь по сторонам в поисках Кати и снова замечаю её у картины Кутюра.

— Кать, — подхожу к ней, — идем?

Она поворачивается ко мне.

— Ксюш, если тебе хочется поговорить…

— А мы разве не говорим? — шучу, распуская волосы и возвращая пружинку на запястье.

— Я думаю, ты понимаешь, о чем я, — смотрит на меня подруга, слегка наклонив голову.

— Нет, — хотя прекрасно понимаю, к чему она снова ведет.

— О тебе и Карене, — в подтверждение моих мыслей, произносит она.

— У нас всё в порядке, Кать. — отвечаю с нажимом, давая понять, что ей не о чем волноваться.

— Я весь вечер на тебя смотрю, Ксюш. Я чувствую, что тебя что-то гложет… — тихо произносить она с тревогой.

Мне становится душно.

Оборачиваюсь к столу: Оля со Светой раскупорили новую бутылку, не дождавшись остальных. А Ира все же решилась замешивать напиток.

Она энергично трясет шейкером, двигая рукой вверх и вниз, и о чем-то оживленно говорит девочкам. А я будто переношусь в предновогодний «Сахар», где Артём, тогда еще безымянный бармен, точно так же размешивает чей-то коктейль, не переставая наблюдать за мной — пьяной, преданой, несчастной, слушать мои жалобные причитания, придвигать поближе салфетницу, третью или четвертую за ночь…

Как сквозь туман вижу его, бережно несущего меня на руках к моей же машине, не оставляя попыток узнать адрес, чтобы довезти домой, к мужу и детям. И после долгого сопротивления наконец сдается, снова аккуратно берет меня на руки, и мы медленно идем к его авто. Точнее, идет он, а я ватными руками обвиваю его шею, только усложняя человеку ношу, потому что не могу удержаться на ногах. Как наяву ощущаю аромат амбры, ванили и чего-то терпкого, дымного… Табака.

Вижу, как усаживает на пассажирское сиденье, защелкивает через меня ремень, накидывает на меня своё то ли пальто, то ли парку и заботливо убирает за ухо растрепавшийся локон. И я чувствую себя в абсолютной безопасности.

До этой секунды ни одна деталь той ночи не всплывала в памяти, заглушенная болью и мощным действием его жгучей смеси напитков. Я смирилась с этим.

Но чувство, нахлынувшее на меня с этой волной воспоминаний, разливается теплом и пушистым, обволакивающим спокойствием. Да. Посреди бури и разрушения он умудрился мне подарить несколько минут умиротворения.

Медленно вдыхаю, кладу руку на Катино предплечье:

— Не волнуйся за меня.