После развода. И даром не нужен - Елена Попова Страница 76

Беру телефон и пишу сообщение абоненту «Михаил. Выбивает долги».

«Михаил, добрый вечер! Большое спасибо вам за то, что привезли Глеба домой. Это стало для меня самым лучшим подарком на день рождения. Я вам очень благодарна за помощь».

Пока меняю имя контакта на просто «Михаил», от него приходит ответное сообщение.

«Ирина, добрый вечер! Глеб в любом случае приехал бы сегодня к вам. Я встретил его, когда он шел на вокзал. Поэтому благодарить меня не за что. Я его просто доставил с ветерком, как говорится».

«Все равно спасибо вам»

* * *

Всю ночь не сплю. Кручу в голове слова Глеба и никак не могу успокоиться.

«Этот мерзавец совсем с катушек слетел! Семью потерял, половину бизнеса потерял, любовница оказалась мошенницей, вот так ему и надо. Хотя мало ему, гаденышу! Мало! Таких надо до конца жизни бить по башке бумерангом, чтобы всю дурь из нее вытрясти».

Засыпаю с рассветом, и уже буквально через пару часов меня будит Глеб.

— Мам, я поехал! — шепчет, заглядывая в комнату.

Отрываю голову от подушки и одним глазом смотрю на него.

— Куда? — ничего не понимаю спросонья.

— На работу, — широко улыбается он. — Михаил предложил отработать долг на его автомойке, и я решил приступить прямо сегодня. Хочется поскорее покончить со всеми долгами и начать жизнь с чистого листа.

Подходит к кровати, наклоняется ко мне и целует в щеку.

— Все, я убежал!

Миша, конечно, человек с большой буквы. Не потребовал денег за сына с меня, не стал выбивать их из Глеба, а поступил как настоящий мужчина: предложил отработать долг. Я считаю, что это отличный вариант. Глебу будет полезно потрудиться. В следующий раз, если вдруг он снова захочет поиграть на ставках, пусть вспомнит о том, как с утра до ночи мыл машины, отрабатывая свои долги. Надеюсь, сразу выбросит из головы всякую ерунду.

Соскребаю себя с кровати, топаю в ванную комнату, принимаю холодный душ, чтобы взбодриться, сажусь за стол с чашечкой кофе, но приятную утреннюю тишину неожиданно нарушает трель звонка.

— Кто это так рано? — хмурюсь я.

Ставлю на стол чашку, подхожу к двери, смотрю в глазок на Сашу и чувствую, как каменеет все тело. Делаю глубокий вдох, закрываю глаза, медленно выпускаю из себя струю воздуха,

чтобы немного расслабиться, иначе я убью его прямо с порога, и через несколько секунд открываю дверь.

— Ир, привет! Глеб не приезжал? — взволнованно спрашивает он. — Со вчерашнего дня не могу ему дозвониться.

Разговаривает со мной как ни в чем не бывало. Он еще не в курсе, что я знаю правду?

— Ты только не переживай, я найду его, я...

— А я не переживаю, — в упор глядя на него пытаюсь понять: как ему не стыдно смотреть мне в глаза после всего, что он сделал?

Настроил сына против меня, нагло и подло оклеветал, а теперь стоит и вот так просто общается со мной?

— Ты знаешь, я в этой жизни всего один раз переживала, — тихо изрекаю я, — когда Глеб у моей мамы в поселке упал с дерева и потерял сознание. Вот тогда я действительно очень переживала, Саш. Переживала за жизнь сына, пока мы везли его в больницу. Молилась всем святым, чтобы он пришел в себя. А потом выхаживала его... На руках носила, ночами не спала... Я отдавала ему всю себя, потому что с первого дня, как я его увидела, он стал для меня родным и любимым. И ты всегда это знал...