Мажор. Пари на любовь - Альма Смит Страница 8

Я замерла. Он приглашает меня на свой день рождения. Как самую близкую.

— Конечно, я приду! — обрадовалась я.

— Только… мне нужно будет что-то надеть? Я имею в виду, это же, наверное, будет в каком-то дорогом месте…

— Не волнуйся, — он засмеялся.

— Это будет у меня дома. Небольшая компания. Приходи в том, в чем тебе удобно. Ты будешь самой красивой в любом случае.

Мое сердце радостно забилось. Он говорит такие слова так просто, будто это самая очевидная вещь на свете.

Он проводил меня до общежития. У подъезда, как и обычно, стоял Кирилл. Он курил и смотрел куда-то в сторону. Когда мы подошли, он повернулся, и его лицо стало каменным.

— Привет, Кир, — сказала я, чувствуя неловкость.

— Привет, — коротко бросил он, глядя на Степана.

Степан не отпускал мою руку.

— Всем привет, — легко сказал он, кивая Кириллу.

Кирилл ничего не ответил. Он только бросил окурок на землю и раздавил его каблуком.

— Маш, мне нужно с тобой поговорить, — сказал он, глядя прямо на меня. — Срочно.

— Сейчас? — удивилась я. — Мы только что пришли…

— Да, сейчас.

Степан мягко сжал мою руку и отпустил ее.

— Ладно, я тогда пойду. Позвоню тебе завтра, хорошо? И не забывай про субботу.

— Хорошо, — улыбнулась я ему.

— До завтра.

Он ушел. Я повернулась к Кириллу. Он выглядел сердитым.

— Ну? Что случилось? — спросила я.

— Ты правда идешь к нему на день рождения? — его голос был жестким.

— Да. А что не так?

— Маша, ты вообще думала головой? — он заговорил тише, но от этого его слова звучали еще резче.

— День рождения Степана Громова. Ты действительно веришь, что это будет «небольшая компания самых близких»? Ты знаешь, кто эти его «близкие»?

— Он изменился, Кир! — начала я горячо.

— Он не такой, как они! Он другой!

— Другой? — Кирилл горько усмехнулся.

— Маша, я работаю в том кафе, где они иногда тусуются. Его друзья — это Дима Резников и Стас Белов. Ты о них слышала? Они проехались на машине по газону у главного корпуса на прошлой неделе и чуть не сбили первокурсника. А на прошлой вечеринке они разбили бутылку шампанского об стену, потому что им было «скучно». Это его друзья!

— Может, он просто не может от них уйти! — защищала я.

— У него сложная ситуация с отцом, он чувствует себя одиноким…

— Боже, Маша, ты сама слушаешь, что говоришь? — он смотрел на меня с отчаянием.

— «Сложная ситуация с отцом»… Да у половины людей в этом общаге родители пьют или денег на еду не имеют! А у него «сложная ситуация»! Он просто играет с тобой!

— Ты просто ревнуешь! — выпалила я, сама испугавшись своих слов.

Кирилл замолчал. Он смотрел на меня несколько секунд, и его лицо стало совершенно пустым.

— Да, — тихо сказал он.

— Ревную. Я ревную тебя к тому, кто разобьет тебе сердце в щепки. И самое ужасное, что ты сама это позволишь.

Он развернулся и ушел внутрь общежития, оставив меня одну на холодном воздухе.

Я стояла и смотрела ему вслед, чувствуя, как внутри все сжимается. Почему он не может понять? Почему он не может быть просто счастлив за меня?

Я подняла глаза на темные окна общежития. Где-то там был Кирилл. Мой самый старый друг. А в субботу я пойду на день рождения к Степану. К человеку, который смотрел на меня так, как никто другой. Который видел во мне что-то особенное.

Я не знала тогда, что оба они были правы по-своему. Кирилл видел правду, которая была прямо перед носом. А я видела правду, в которую так отчаянно хотела верить.