Сделка - Лисса Джонс Страница 80

Сдержать зарождающуюся симпатию – проще простого.

— Виктор Александрович? Вы что делаете?

Сложив руки на груди и задрав нос, Василиса смотрит прямо на меня.

— Я уже говорил, что разделяю твое пристрастие к созерцанию?

— Нет у меня никакого пристрастия.

Ты врешь, милая. Ты и сама помнишь, как бесцеремонно разглядывала меня сначала в этом самом кафе, а потом ночью на кухне.

Девичьи щеки приобретают оттенок акварельных пионов. Интересно, что именно она вспомнила и о чем подумала?

Забудь.

— Как скажешь. – Вскидываю руки, подобно сдающемуся преступнику и подмигивает, но сейчас она не улыбается в ответ.

— Вы… О чем хотели поговорить?

Отвечаю не сразу. Почти минуту рассматриваю мило-кукольное личико. Надо признать, что я был слепым ослом неделю назад. Девушка совсем не похожа на Алю. Она вообще ни на кого не похожа.

Я мог бы подобрать столько слов, чтобы описать ее. Но, «he sang 'em all to another heart». Василиса явно достойна большего. Того, кто как Кай, будет способен не на игры, а на искренность.

— Я сказал Пожарской, что люблю тебя.

А я… Единственное, что могу – устроить дешевое шоу, оцениваемое выручкой и выгодой для нас обоих.

— И что ты любишь меня.

Василиса

В следующий раз, когда решишь загадать желание, формулируй четче, Никольская. Хотела же поучаствовать в подготовке выставки – получите, распишитесь.

— То есть… Мы сыграем влюбленную пару только перед Агнессой Юрьевной? – Пряча горящее лицо в ладонях, бубню совсем невнятно.

Может, это сон? Может, я так вымоталась, что не заметила, как уснула в подсобке?

— Не совсем… – Слышу в голосе усмешку, убираю руки от лица, но не решаюсь посмотреть на него. – Придется посетить одно мероприятие в ее отеле через две-три недели. Вдвоем. Может, сходим на парочку ужинов или обедов, если потребуется.

— Как вам вообще это в голову пришло?

— Пожалуйста, Василиса. – И снова имя звучит так мягко и спокойно. Красиво. А в сочетании с просьбой в его исполнении вызывает дрожь волнения в коленках. – Всего на пару недель.

Пару недель поиграть комедию перед Агнессой Юрьевной – не так уж и сложно. А потом мы «расстанемся». Но в обмен – то самое заветное место помощника управляющего до конца работы выставки. До Нового года! Звучит как самый соблазнительный комплимент для моего эго.

— Тебе понравится работать с Александром. Держу пари, втянешься и, кто знает, чем все закончится.

Виктор подходит ближе. Протягивает ладонь с изящными длинными пальцами, создающими чертежи из тончайших линий, наброски невероятных зданий, от которых у меня дыхание перехватывало.

Губы пересыхают, я стесняюсь даже вообразить, как именно мы будем притворяться, а память услужливо подсовывает аромат его парфюма. И пусть этот фантомный аромат – лишь мое воспоминание, потому что Бестужев больше не позволяет себе подойти так близко, но состояние слабости и головокружения подозрительно напоминают последствия солнечного удара. В детстве я часто ловила их, когда шаталась весь день на улице.

Тебе понравится работать с Александром.

Он уговаривал меня?

Пожалуйста, Василиса.

Внутри пятилетняя девочка с фломастерами в руках вот-вот расплачется от счастья – ей дают шанс исполнить мечту. Да и девушка-подросток, шокированная этим местом, готова подпрыгивать от радости. Разве это не стоит любой цены? Особенно того пустяка, что он попросил?