Развод. Семейная тайна - Луиза Анри Страница 90

Радость — когда звонит Витя, запыхавшийся, но бодрый: «Ась, я забегу на полчасика, ладно? Мечтаю о твоем супе и чистой футболке!» Я знаю, как он старается между учебой и подработкой. Он вырос таким ответственным! Я им горжусь. Его комната ждала его, чистая и уютная.

Радость — когда мы гуляем в парке. Моя Лия, лучезарная умница, тянет ручки к прохожим, одаривая их беззубой улыбкой. А я улыбаюсь, зная, что ее сердце уже знает огромную любовь — мою, бабушки, дедушки… И еще — что ее будущее защищено заботой Степана Григорьевича. Он открыл для Лии отдельный счет. «Это ее стартовый капитал, Ася, — объяснил он тогда. — Только на ее имя. Он будет расти каждый месяц до совершеннолетия. А потом — ее решение. Это моя забота о ее завтрашнем дне, чтобы оно было светлым и независимым». Знание, что у моей дочки есть такой надежный дедушка, согревает душу.

Стук в дверь. Твердый, но негромкий. Знакомый. Улыбаюсь — Лия как раз проснулась и завозилась в своей кроватке в детской! Подхожу к глазку. Степан Григорьевич! В пальто, запорошенном снегом. В руках — большая, яркая коробка! Сюрприз! Открываю. Свежий морозный воздух бодряще бьет в лицо.

— Ася, здравствуй! — улыбается он, приглушая голос. — Шел мимо, не удержался — заглянул. Не помешаю?

Вы как раз вовремя! — радостно уступаю дорогу в нашу светлую прихожую. — Лиюшка проснулась! Проходите, грейтесь!

Он аккуратно стряхивает снег с ботинок на коврик, снимает пальто, вешает в шкаф. Его движения всегда уважительные. К дому. Ко мне. К нашим границам. Никаких лишних расспросов. Просто… пришел. К внучке.

— Вот, не смог пройти мимо! — ставит коробку на стул в гостиной. — Развивающий набор, говорят, хороший! Для таких умниц, как наша Лиюша. — В его глазах — неподдельный восторг, как у мальчишки.

— Степан Григорьевич, вы как Дед Мороз! — смеюсь я, зная, что отговорить его невозможно. Он дарит от чистого сердца, выбирая то, что принесет пользу и радость. И всегда угадывает с размером — вещь впишется в простор детской.

— Пустяки, Асенька! Главное, чтобы Лиюше понравилось! — машет он рукой.

— Ну, как ваши дела? Бизнес идет? Виктор как? — Интересуется с живым участием. Садится на край нашего удобного дивана.

Рассказываю: заказы идут хорошо, Витя «геройствует», Лия вовсю осваивает перевороты! Делимся планами: «Нашла отличные онлайн-курсы по вязанию для взрослых! — делюсь я. — Хочу пройти их, научиться вязать не только детские вещи, но и для мам, для всех. Новый шаг для нашего «Чуда»!» Говорю с уверенностью и гордостью за свое дело. Он слушает внимательно, кивает, радуется нашим успехам, иногда делится дельным советом о поставщиках. Его слова — ценный опыт, подаренный с добротой.

Из детской доносится довольное «агу-агу!». Наше солнышко зовет!

— О! Зовет наша исследовательница! — лицо Степана Григорьевича озаряется теплой улыбкой. — Разрешите?

— Конечно же! — Я направляюсь к кухне за чайником. — Идите, она вас ждет! Он идет по коридору осторожно, с любовью в каждом шаге. Слышу его тихий, нежный голос, доносящийся из детской:

— Лиюша-лапочка, здравствуй! Дедушка пришел! Узнала?

Стою на кухне, заваривая чай с бергамотом, слушаю этот диалог любви. Лия гулит, булькает, он смеется — счастливым смехом. Слышу, как он бережно поднимает ее. Столько нежности! Столько уважения к ее миру, ко мне.