Не заигрывай со мной - Алёна Май Страница 90

— Он меня пинал… – попыталась я оправдаться, но не уверена, что произнесла хоть слово. – Мне нужно выйти…

Я протискивалась в сторону двери, но мамашка схватила меня за запястье.

— Ты куда пошла, дрянь?! Поцарапала своими когтями Ванечку и сбежать собираешься? Я на тебя полицию вызову!

Мальчишка уже рыдал, кажется, не из-за царапины, а от визгов его мамки. Я же была на грани того, чтобы извергнуть из своего желудка содержимое прямо на схватившую меня женщину.

— Мне плохо. Отпустите, – произнесла дрожащими губами.

— Больная какая-то! Кто-нибудь, позвоните уже куда-нибудь, пусть органы с ней разбираются!

И за что меня постигло такое наказание? За то, что не ценила тихую и размеренную жизнь с Денисом? За то, что сбежала от матери, не дав ей даже возможности со мной связаться? За то, что завидовала Насте и ее жизнелюбию? Или это было проклятие Кирилла?

Не суть важна первопричина, с каждой секундой мне становилось все хуже.

Женщина до боли сжимала мое запястье, старушки верещали и причитали, молодые парни и мужчины постарше безэмоционально наблюдали за сценой и ничего не предпринимали. В момент, когда автобус остановился и открылись двери, я со всех оставшихся сил оттолкнула мамашку. Она покачнулась и разжала пальцы, ища опору. А я пулей вылетела на улицу и почти залезла головой в мусорное ведро. Меня почти вывернуло наизнанку – я опять лишь очень сильно закашлялась. От ароматов из мусорки я едва не вырубилась.

— Вот молодежь пошла, а ведь вроде такая красивая и прилично одетая! – кричали из автобуса мне в спину.

Мамашка вылетела следом за мной, не забыв своего отпрыска, который продолжал орать, и вцепилась мне в волосы. Я взвыла от боли и вцепилась в ее руки, молясь уже о том, чтобы это все прекратилось.

— Что здесь происходит?! – прозвучал до боли знакомый и очень злой голос.

Вот только этого мне не хватало! Точно, проклятье.

Кирилл оказался то ли как нельзя вовремя, то ли наоборот. Волосы – это было единственное, что меня волновало, потому что эта сумасшедшая явно хотела выдрать их с корнем.

— Отпустите ее, – прогремел Кирилл угрожающе.

— Молодой человек, идите куда шли. Вас это не касается! – возмутилась мамашка.

— Я сказал, руки от нее убрала.

— Да что ты! Ай!

Я ощутила свободу и смогла выпутаться. Отскочила на несколько шагов и развернулась, в глазах стояли слезы отчаяния и безысходности.

— Так ты с этой, что ли, заодно? Я на вас всех ментов вызову!

— Слушай, забирай ребенка и вали отсюда.

Кирилл возвышался над ней на голову. Его голос прозвучал пугающе. От такого голоса коленки трясутся не от возбуждения, а от страха. Женщина продолжала стоять на своем и сыпала проклятиями. Кажется, она оплевала ему все лицо. Благо на остановке было совсем мало людей. Хотя уверена, что кто-то что-то да заснял и этот позор разлетится по пабликам.

— Эта тварь моего ребенка поцарапала!

— На тварь ты в зеркало смотришь, а девушка, я уверен, специально ничего не делала.

Хамка потеряла дар речи. Кирилл присел на корточки перед мальчиком и приветливо улыбнулся. Тот сразу перестал плакать.

— Малыш, тебя, наверное, пугают кричащие дядьки и тетки?

Мальчик едва заметно кивнул.

— Покажи мне ранку.

Мальчик неуверенно протянул ножку Кириллу. Он, не касаясь мальчугана, осмотрел едва заметную царапину и встал, выпрямившись во весь рост.