Клеймо мажора - Любовь Попова,Елена Гром Страница 92

Он все пытается мне доказать, насколько серьезны его намерения. Хотя я убеждена, что это лишь способ залезть ко мне в трусики. Мне даже жаль, что однажды он получит туда доступ. Уже известно, как быстро парни подобного типа теряют интерес, получая желаемое.

Наконец, мы приезжаем к огромному дому, где будет проходить празднование двадцатипятилетия со дня свадьбы родителей Леона. Анастасии и Николаса. Так он и просит их называть. Хотя по мне это немного странно.

Дом светлый, с колоннами и огромной территорией, на которую мы проезжаем через кованые ворота.

— Ну, прям, дворец.

— Волнуешься?

— Боюсь просто, как бы мое платье не превратилось в тыкву.

Леон смеется, берет мою руку и целует, проникновенно смотря в глаза.

— Я буду рядом весь вечер. Не сомневайся во мне.

И почему все парни прям, стараются навешать мне лапши на уши? Хотя Леон еще ни разу не соврал. Могу ли я ему верить, или у него крыша едет на фоне похоти?

— В твоем желании заглянуть под капот?

— И это тоже, — хохочет он и выходит из машины, чтобы и мне открыть двери.

Я сегодня на высоких каблуках, так что почти достаю до головы Леона. Платье струится по ногам как мокрый шелк, тяжелая ткань чуть подпрыгивает на каждом движении, а небольшой разрез помогает чувствовать себя свободнее.

Вокруг столько красиво одетых людей, дорогих машин. За месяц в компании Леона можно было к этому привыкнуть, но нет… Я все равно чувствую себя мошенницей на этом празднике жизни и чревоугодия.

— А вот и они… — мать Леона стоит на пороге. Красивая блондинка с сияющей улыбкой. Она тут же целует сына, а потом переключает внимание на меня. – Ты красавица… Платье я бы и сама такое выбрала, будь у меня такая грудь.

Я даже откашливаюсь от подобной беспардонности в стиле Распутина Данте, но Анастасия уже смеется и обнимает меня за плечи. Я не могу не улыбаться. Так от нее веет позитивной энергией. Не от мужа. Николас рассматривает меня придирчивым взглядом отца семейства, очевидно оценивая степень моей меркантильности.

— Это мой отец, Люб. Николас.

— Очень приятно.

— И мне. Спасибо за приглашение.

— Леону говорите спасибо. Я впервые знакомлюсь с его девушкой. Ах, нет, была одна...

— И сплыла.

— Ты не говорил…

— Потом. Мы пойдем, найдем выпить, — утаскивает он меня от родителей, которые продолжают встречать гостей. Леон тут же идет к бару и заказывает себе виски, а мне шампанское.

— Нормально все?

— Конечно, — улыбается он, но как-то напряженно. А потом звучит его любимая мелодия, и мы идем танцевать.

Подчиняюсь его рукам, тут же погружаясь в ритм музыки и магию его взгляда. Иногда, кажется, только кажется, что он чем-то напоминает мне Данте. Хотя с таким же успехом можно сказать, что все мажоры на одно лицо. Да и Данте никогда не был таким легким на подъем. Даже в тот самый музей меня не свозил. И не свозит уже.

Наверное, он как настоящий собственник ждал, что я останусь ему верной до конца, но я отрезала себе все пути, когда начала отношения с Фогелем. И уже не важно, занимались ли мы сексом, я отдала свое время и внимание другому. Мы танцуем совсем близко, почти нос к носу.

— Все смотрят на тебя, — кивает Леон, а я усмехаюсь, стараясь не обращать внимание на озноб, гуляющий по телу. Мельком смотрю в сторону, но вижу лишь незнакомых мужчин самых разных возрастов и женщин в нарядных платьях.