Развод. Гори все огнем - Иден Хол Страница 99

— Я дам тебе развод, мы разойдемся тихо и мирно, никакие заявления не пойдут в ход.

— И что здесь в моих интересах? – потираю пальцами лоб, у меня от него начинается мигрень. – В моих интересах дать ход всем заявлениям и разводиться максимально быстро и громко.

— Мы же разумные люди, давай не будем портить друг другу жизнь? Каждый останется при своем, я отпишу тебе половину своих денег.

— Не будем портить друг другу жизнь? – в неверии переспрашиваю, – это ты мне говоришь? После того, что ты со мной сделал? – вцепляюсь пальцами в стол мертвой хваткой, – скажи мне одно, чем ты пичкал меня, чтобы я не могла забеременеть?

— Ты что пишешь меня? – это звучит нервно и почти как признание вины.

— Ты ведь спаивал мне что-то? Что это было? Название препарата!

— Ты бредишь!

— Скажи! И я, быть может, попрошу юриста не требовать для тебя максимального наказания! Как многодетному отцу!

— Ты охренела? – всю его вежливость, как сдувает. – За дурака меня не держи, признания по телефону захотела? Не пойдешь на мирный развод, я тебя саму зарою, ты себе не представляешь, какой сюрприз…

— Я в курсе про твои фирмы помойки, что ты на меня зарегистрировал. Мы с ними тоже разберемся.

— Чт… – осекается, чувствую, он не ожидал, – ты о чем? Какие фирмы?

— Я до всего докопаюсь. И до того, что ты сам творишь, и что Анечка твоя плодовитая тебе помогала делать как бухгалтер! Я давала тебе шанс!

— Ах так?! – взвивается его голос в ярости, – на матери с детьми решила отыграться? Хрен я тебе что-то скажу! Ты… пожалеешь, что не согласилась! Я тебе…

Телефон вдруг вылетает из моей хватки и оказывается в руке Руслана, что сел передо мной за стол, а я и не заметила.

— С террористами переговоров не ведем, – сбрасывает вызов, хотя я слышу, что Костя продолжал там что-то кричать. – Он ведь тебе либо наобещает того, что не собирается выполнять, либо будет угрожать. – Кладет руки перед собой прямо на телефон. – Ты не будешь ему ничего отдавать и ни на что соглашаться, чем бы он ни угрожал. Так ведь?

И ждет от меня ответа, будто знает, что есть определённые условия, что я готова буду выполнить. В прошлый раз это была свобода Руслана на кону. Я готова была пожертвовать собой ради него, и он это знает, сама призналась.

Отворачиваюсь, потому что не выношу этого давления.

— Таня, – поворачивает меня к себе за подбородок, – так ведь?

— Даже если он угрожает твоей жизни? – с вызовом возвращаю к нему взгляд.

— Особенно! Потому что эту угрозу ему воплотить будет сложней всего.

— Ты уже был под арестом.

— Я сам сдался, Тань. Добровольно. Больше не буду этого делать. Решать проблему Ковалева больше не твоя забота, для этого есть я и профессионалы в этом деле.

Упрямо вздыхаю, он, конечно, прав, но я не могу ничего не делать.

— Выдохни, – одну руку кладет на мою и заставляет разжать пальцы, ногти которых уже впиваются в ладонь. Если бы он только знал, что именно стало триггером к такой реакции.

Ему не понять все то, что я ощущаю. Унижение, которому подверг меня муж! Никакие деньги или подставные фирмы однодневки не затмевают этого! Обошелся со мной как с безвольным животным!

— Этот день должен был начаться иначе, – Руслан тянет мою руку к себе и мягко целует пальцы, – прости меня за выходку Лены. Больше ты ее не увидишь.