Рубеж - Александр Мазин,Анна Евгеньевна Гурова Страница 12

А Ольга вскоре сдружилась с молодыми варягами и о скуке думать забыла. Самые младшие – трое неразлучных приятелей: Вуйко, Туки и Утт Бурундук – поездку за недоимками воспринимали как развлечение. Службу, впрочем, несли добросовестно, но на отдыхе не упускали возможности повеселиться. Ольга расплылась в улыбке, вспомнив, какую битву в снежки они устроили на прошлом привале. В жизни так не смеялась!

— Глядите! Вон там, на берегу!

Все повернулись туда, куда указывал Вуйко. На высоком берегу среди золотистых сосен застыл крупный серебристо-бурый олень.

Руки молодых воинов тут же потянулись к колчанам.

— Сивард, можно мы поохотимся?!

— Нет! – рявкнул варяг.

Олень в одно мгновение сорвался с места и исчез среди сосен. Парни испустили разочарованный вздох. Сивард молча тронул пятками бока коня.

— Поехали! Сегодня длинное поприще[10]…

Сивард не разделял всеобщего веселья. Напротив, чем дальше отъезжал от Плескова княжеский поезд, тем более настороженным становился глава варягов.

— Вот ведь два сыча на пару с тиуном! – шёпотом зубоскалил самый юный и самый вредный варяг Туки.

Тревога Сиварда была смутной, но он понимал, где её исток. Сивард не первый раз слышал о латтских погостах, отлынивающих от княжеского оброка, и считал это нехорошим признаком.

Ладно если просто нерадение. Дескать, князь далеко, а лес близко… А ежели что похуже? Может, это чужие князья чают забрать под себя плесковских данников?

Латгальские княжества ведь совсем недалеко, в лесах к западу от реки Великой. И вроде с ними нынче прямой вражды нет, но кто знает…

Еще свежа в памяти тёмная история с братом княгини Вилмы, воином-оборотнем Альварсом. Тот не принял мира, заключённого его отцом с Плесковым, и затеял против князя Вардига заговор, да ещё и замешанный на колдовстве…

«Поговорить бы с нурманами…»

Хирдманы Харальда ушли из Плескова парой седмиц раньше. Отправились примерно в те же края – и не видать, не слыхать…

На ночёвках Сивард тщательно расспрашивал смердов, не слышно ли чего нехорошего, не было ли набегов, поджогов… Пока ничего скверного не узнал. Однако они и останавливались лишь в кривичских деревнях. А если спросить подданных-латтов?

Предпоследняя ночёвка перед Коложью была в Ворониче – сильной крепости на страже плесковских рубежей. Там Сивард получил сведения, которые его почти успокоили.

Латгалы ведут себя тихо. Отряд нурманов, да, недавно проходил, переночевал, набрал припасов и ушёл за реку. Назад пока не возвращался.

— А, ну и ладно, – кивнул Сивард. – А в Коложи что?

— Да как всегда, – ответил ему вороничский воевода. – Тишь да гладь. Вроде как поднатужились и достроили-таки частокол. Говорят…

— Ну, скоро мы сами увидим, – посулил старый варяг.

* * *

Вот уже и полдень минул. После краткого привала люди Ольги двинулись дальше. Короткий зимний день начал клониться к вечеру. Залегли глубокие тени, небо начало понемногу розоветь…

— Да где же гора? – пробормотала княжна.

— Скоро покажется, княжна, не пропустишь! – усмехнулся Утт Бурундук.

— А если не покажется? – вкрадчиво спросил Туки. – Это ведь не простая гора, а Дивья. Ну как не пожелает явиться и скроется из глаз?

— Да ну тебя, – фыркнула Ольга.

Однако с удвоенным вниманием принялась вглядываться в лесистые берега Великой.