Звездная ночь - Влада Ольховская Страница 24

Но сквозь обвивший его кокон все-таки прорвался голос Аниты, уверенный и громкий:

— Прекрати дергаться!

— Я не могу! – отозвался Ваня. Он понятия не имел, где сейчас находится сестра, как она вообще попала сюда. – Они же меня задушат, если я прекращу сопротивляться!

— Они тебя задушат, если ты продолжишь сопротивляться! Они ведь не знают, что ты Ваня Рубинов, они просто выполняют то, для чего были созданы!

— Это еще как понимать?!

— Ван Гог называл эту картину «громоотводом болезни», – терпеливо пояснила Анита. – Он писал ее в период, когда ему было очень тяжело. Ирисы созданы такими яркими как раз для того, чтобы сдерживать его мрачные мысли.

— Я не мрачная мысль!

— А в этом мире они сдерживают любого, кто бросает им вызов! Ты ведь пытался порвать их стебли?

— Да я случайно!

— Они цветочки, им такое понимать сложно! Не дергайся, я сказала!

Поверить ей было тяжело. Ему казалось, что в комнате становится все жарче, а воздуха осталось совсем мало. Иногда не делать куда сложнее, чем делать, ждать сложнее, чем начинать драку… просто не все это понимают.

А Ване пришлось понять. Немыслимым прежде усилием воли он заставил себя замереть, лежать спокойно, будто на самом деле решил отдохнуть среди прекрасных ирисов. И они ослабили хватку! Они не отпустили его, они все еще стелились рядом, но сжать его в сокрушительных объятиях цветы больше не пытались.

Ситуация все равно казалась тупиковой, потому что вырваться из кокона Ваня не сумел бы, а лежать тут вечно не мог. Но потом Анита оказалась рядом с ним, прошла туда, где и сама могла попасть в ловушку, и стало намного легче.

Она помогла ему освободиться. Она медленно, терпеливо распутывала переплетавшиеся стебли, мягко убирая их в сторону. Цветы то и дело дергались, но, пока Анита не вредила им, скрутить ее не пытались.

Наконец путы исчезли, и Анита подала брату руку, помогая подняться.

— Где-то здесь Лис, – предупредил Ваня.

— Наверняка уже не здесь, он слишком любит себя, чтобы пойти опасным путем!

— Так вы знакомы?

— Тут почти все друг с другом знакомы, – отмахнулась Анита. – И ты познакомишься, если тебя кусты раньше не съедят. Про Лиса забудь, он уже забрал артефакт и удрал.

— А нам что делать?

— А нам – бежать! Максимально быстро – на счет три! Раз…

— Что значит – бежать? Они же нападут!

— Два…

— Анита, это слишком опасно…

— Три!

Она определенно знала, что это опасно, не могла не знать. Если Анита предпочла настолько рискованный план, другого просто не было. Поэтому, когда она сорвалась с места, Ваня последовал за ней. Они бежали вместе, взявшись за руки, чтобы не потерять друг друга в зарослях цветов. Ирисы, не оценившие такой подход, снова бросались на них со всех сторон, но удержать на этот раз не могли.

После безумного забега, короткого, как один вдох, и долгого, как столетие, они все-таки сумели вырваться на свободу, оба, не сговариваясь, повалились на ближайшую зеленую лужайку и расхохотались, глядя на вращающиеся над ними спирали звезд.

* * *

Страх отступил на удивление быстро, сменившись торжеством неожиданной победы. Настроение мигом улучшилось, Ваня даже готов был простить сестре то, что она столько лет скрывала от него правду… Да и многое простить. Впервые появилось ощущение, что они команда – такая же, какой были недавно Ваня и Юрик. В такой момент хотелось сказать что-нибудь хорошее, но получилось почему-то совсем не то, о чем он думал: