Последняя песнь бабочки - Иван Любенко Страница 26

Француженка явно искала глазами Клима и, увидев его, проговорила со злостью:

— Ах, вот вы где, месье Ардашев! У меня к вам несколько вопросов. Вы не могли бы уделить мне пару минут?

Возникло неловкое молчание. Вероника, пробормотав извинения, быстро проскользнула мимо и скрылась в холле.

Её отец, хлопнув себя ладонями по бёдрам — будто индюк, пытающийся взлететь, — с надеждой спросил:

— Так моё предложение в силе, мадам? Мы выпьем кофе?

— Да-да, — небрежно отмахнулась та, не сводя хищного взгляда с Клима. — Просто я хотела сказать месье Ардашеву, что завтра я тоже приглашена к русской княгине на журфикс. А поскольку пригласили нас двоих, то нам придётся изображать пару. Не будет ли у вас возражений, месье Ардашев?

— Нет, мадам, — равнодушно пожал плечами Клим. — Таков этикет. И нам придётся его соблюдать.

— Вот и хорошо, — улыбнулась француженка и добавила с ноткой превосходства: — Но я вас не задерживаю. Вижу, вы куда-то спешили.

— Честь имею, — сухо поклонился Ардашев и удалился, оставив сияющего Альберта Карловича наедине с предметом своего обожания.

Этот день Клим решил посвятить беспечному отдыху, справедливо рассудив, что перед грядущим визитом к княгине и началом активных поисков ему не помешает свежая голова. Он неспешно прогулялся по набережной, щурясь от ярких бликов на лазурной глади залива, и с удовольствием пообедал в небольшом, но уютном ресторанчике у подножия Замкового холма, отдав должное местному рататую и бокалу холодного розового вина.

Остаток вечера Ардашев провёл у себя в номере за чтением свежих парижских газет, чтобы лишний раз не попадаться на глаза вездесущей мадам. Интуиция подсказывала, что завтрашний день потребует от него не только светских манер, но и предельной собранности, поэтому уже в половине десятого он лёг спать.