Измена. Острые грани правды - Олеся Рудая

Глава 1

— Нина, ужинай одна, я с Бусей в парке гуляю, — голос Вадима в трубке прозвучал в абсолютной тишине. Будто кто-то выключил все звуки города, оставив только его голос — натянутый, неестественный.

— А где вы гуляете? — почти выдохнула я, всё ещё на гребне восторга, захлестнувшего меня всего полчаса назад. — Давай подойду, у меня для тебя новости! Ты просто не представляешь…

— Нет-нет! — резко, почти грубо оборвал он. — Иди домой. Мы быстро. Раз-два и готово!

В глухой тишине, будто сквозь вату, пробился тихий, сдавленный женский смешок. Такой короткий, что я решила — показалось. Просто шум в ушах от переполнявших меня эмоций.

— Пора бежать! — бросил он и разъединился.

Я застыла перед холодной металлической дверью подъезда, сжимая в руке телефон. Внутри всё сжалось в странном, тревожном предчувствии. Ждать его дома? Или… Нет. Не могу. Не в силах терпеть. Хочется выложить ему всё сейчас же, сию секунду, поделиться этим счастьем!

Я нетерпеливо подпрыгнула на носочки, и рукама потянулась к карману пальто, где лежал маленький конвертик. Внутри него — сложенная вчетверо справка от врача, подтверждающая мою долгожданную беременность. Я получила ее сегодня.

Выйдя из кабинета с трясущимися коленями и мокрыми глазами, я уже представляла, как скажу ему: «У нас получилось, Вадим. После стольких лет — наконец-то получилось». А в ответ его лицо озарится удивлением и безудержной радостью. И он подхватит меня на руки и будет кружить, как в наши самые лучшие моменты.

Нет, я не могла больше ждать. Ни минуты.

Пальцы сами нашли в телефоне приложение «Пёс на карте». Неделю назад, в приступе беспокойства после того, как Буся чуть не потерялся, я купила ему специальный ошейник с трекером.

Синяя точка мигала совсем рядом, в сквере за домом. Я резко развернулась спиной к подъезду, и почти побежала.

Октябрьский воздух пробирал до дрожи, и я куталась глубже в пальто, ускоряя шаг. Мутный свет фонарей отражался в лужах, оставшихся после недавнего дождя. Прохожие, сгорбившись, спешили по своим делам. А я летела, словно могу опоздать. Уже представляла, как вручу ему конверт, как он его откроет, развернет бумагу...

Вот и знакомый сквер. Безлюдная парковка, залитая желтоватым светом фонарей. Ни души. Только ряды припаркованных машин и порывистый ветер, шуршащий опавшей листвой.

И тут — жалобный, знакомый до слёз скулеж. Буся!

Я бросилась между автомобилями и увидела его. Мой пёс, замерзший до дрожи, сидел на холодном ветру, прижавшись к колесу чужой машины. Один.

— Бусь, а где папа? — прошептала я, озираясь. Вокруг никого.

Он, увидев меня, рванулся вперёд, но поводок резко отдёрнул его, заставив рухнуть на мокрый асфальт.

Я подбежала и присела на корточки, гладя его по взъерошенной мокрой шерсти.

— Почему ты один? Ты сбежал и зацепился за машину? — спрашивала я тихонько.

А Буся подпрыгивал от восторга, тыкался мокрым носом в щёку, пачкал лапами рукава пальто.

Когда я попыталась высвободить его поводок, оказалось, что он уходил в узкую щель под дверью автомобиля. Бусю кто-то привязал. Но кто?

Машина работала чуть слышно. Габариты горели тусклым светом.

Незнакомая красная иномарка с круглыми фарами… И тут её зад слегка, едва заметно, качнулся.

Сердце ушло в пятки.

Медленно, очень медленно, я привстала, вглядываясь сквозь запотевшее стекло. Мягкая подсветка приборной панели выхватывала из темноты салона детали.