Вера и рыцарь ее сердца - Владимир Ланге

Пролог

— Мне кажется, что-то случилось с нашей машиной! – обратилась я к Ронни c испугом.

Немудрено было напугаться тем, что увидела я спросонья, взглянув в окно нашего каравана, что стоял на кемпинге среди виноградников. На плите сердито зашипел чайник, из туалетной комнатки послышалась недовольная возня мужа, который еле вмещался в походный туалет каравана, а из раскрытого окна передо мной в лучах восходящего солнца вместо нашего автомобиля «Ситроен Берлинго» расширенного типа красовалась какая-то пародия на него, напоминающая белую лошадь с пеной по бокам.

— Это ты серьёзно? – спросил Ронни, приоткрыв дверцу туалета.

Он вытянул шею в попытке, не сходя с биоунитаза, разглядеть через раскрытую дверь каравана совершённый над его машиной вандализм, и это ему, как ни странно, удалось.

— Дорогая, а какой сегодня день?.. Правильно, всё сходится. Сегодня день нашей свадьбы, а то, что случилось с машиной, – это проделки Диан, моей сестры, чтобы мы с тобой не забыли отметить наш десятилетний юбилей!.. Я полагаю, что они с Вилли приехали не столько для того, чтобы варварски поступить с моей машиной, сколько для того, чтобы похвастаться своим новейшим мобиломом… Амай, разве можно платить такие баснословные деньги за коробку из пластика, сделанную для великанов, где телевизор висит под потолком? Ведь, в каждом транспортном средстве важно не то как оно выглядит, а как работает мотор и сколько он жрет бензина.

Дверь туалета вновь закрылась, и вскоре из-за закрытой двери послышалось его довольное пыхтение. Я оглядела убранство нашего добротного деревянного каравана, хранящего тепло и уют в любую погоду, и в хорошем расположении духа вышла на свежий воздух.

Наш домик на колёсах выглядел игрушечным теремком, затерянным среди виноградных полей, но в нём я чувствовала себя Евой, которая всю жизнь искала своего Адама, нашла и теперь следовала за ним по всему свету. Если караван готовился встретить свой полувековой юбилей, то наш автомобиль «Берлинго» был новейший, сделан на заказ и отличался своим респектабельным видом – этот вид не портили даже гирлянды из туалетной бумаги, отсыревшей от росы.

Этим утром я чувствовала себя счастливой женщиной, и высокое небо над головой, взятое в кольцо горной гряды, было тому свидетелем. Моя мечта сбылась: я любила и была любимой тем единственным мужчиной, с которым я могла быть сама собой.

Диан и её муж Вилли имели привычку вставать ни свет, ни заря, и это они с рассветом украсили «Берлинго» рулоном туалетной бумаги и повесили над дверью каравана «мистель», шарообразное деревце, под которым нам с Ронни пришлось целоваться, чтобы получить подарок к юбилею нашей свадьбы – коробочку бельгийского шоколада.

Диан выразила сожаление, что роса размыла слова поздравления, написанные на туалетной ленте, свисающей с боков машины. Да и бумага размякла от утренней влаги, но наш с Ронни счастливый пижамный вид на фоне нашего каравана был заснят на фотокамеру и памятью наших сердец.

В полдень мы с мужем дали обет верности друг другу в капелле, что одиноко стояла на склоне горы, при этом присутствовали убеждённые атеисты Диан и Вилли. Они поздравили нас с днём юбилейной свадьбы букетом полевых цветов и песней «О, благодать, спасён тобой». Песня пелась на английском языке, слова песни никто не разобрал, и под её мелодию мы с Ронни исполнили танец молодожёнов с десятилетним стажем.