Бывшая жена. Ложь во имя любви - Анастасия Петрова,Селин Саади Страница 10

— Так, ну что тут у нас?

Он обходит вокруг сначала мою машину, потом машину, в которой ехал Дима.

— Начальник, да тут явное нарушение всех правил со стороны гражданки, — водитель без зазрения совести тыкает в меня пальцем, словно я грех на душу взяла, а он блюдет, — Так что оформляй, и пускай она по всей строгости выплачивает штраф.

От такой наглости у меня взлетают брови вверх, я уже готовлю отборную порцию ругательств, как Мирон вступает в диалог быстрее, чем я собираюсь с мыслями.

— Повежливее разговаривай, — тут же жестко осекает водителя, — Не выйдет у тебя переложить вину на мою женщину. Здесь камеры, — Мирон тычет пальцем на рядом стоящий столб, — Так ведь, начальник?

Тот, что ниже, подтверждает наличие камер.

— Мы все посмотрим, вы так не переживайте, — лениво и растягивая слова, вклинивается в разговор второй сотрудник ГИБДД.

Собственно, сделка сорвалась, и я уже никуда не тороплюсь. Машина у меня застрахована, ущерб не самый большой, хоть и неприятный.

Но вот такое хамство со стороны, казалось бы, солидного мужчины в костюме, просто выбивает почву из-под ног. Внешность все же обманчива.

— Она мне тачку угробила, а вы тут стоите и лясы точите!

Водитель начинает переходить грань дозволенного, сотрудник органов делает ему жесткое предупреждение, чтобы тот соблюдал субординацию.

Я не жду ничего хорошего от назревающего конфликта, в котором уже замешаны все. Даже прохожие останавливаются, не пропуская мимо глаз это шоу.

И чувство паники начинает подступать вновь. Я стала такой тревожной… Говорят, что тревожность — это признак тотального контроля.

А ситуация вышла из-под контроля, поэтому паника пришла на свое законное место.

Как-то внешне я не показываю, что мне нехорошо, что сердце слишком быстро бьется, что пот холодный градом стекает по спине. Я лишь делаю пару шагов назад и, чуть приоткрыв рот, набираю побольше воздуха.

Одним взглядом мое состояние ловит Дима. Он все это время молчал, а сейчас вдруг начинает говорить:

— Вина на нас, — резко обрубает спор, — Мы не имеем никаких претензий к девушке. Оформляйте нас, мы заплатим штраф.

— Дмитрий Анатольевич, — широко распахнув глаза, начинает водитель, — Я все решу, не переживайте.

— Разговор окончен, — вновь резкость в голосе, — Вина на нас. Камеры это покажут. Отпустите девушку, — он кивает в мою сторону, — Кажется, ей нехорошо.

Он так точно считывает мое состояние, что меня на секунду это даже пугает. Но холодная маска безразличия помогает скрыть удивление.

— Аврора, родная, — Мирон быстро разворачивается ко мне, — Что случилось?

— Нет-нет, все хорошо…

— Точно?

Соглашаюсь лишь одним кивком головы. И я четко ощущаю взгляд Димы, который не сползает с моего лица.

— Так, ну все понятно. Давайте, я оформляю ДТП, вы уже подъедете в участок.

Оставшиеся десять минут происходит фиксация аварии, заполнение бланка, и нам выдают листки, чтобы мы явились в определенное место до определенного времени.

Дима со своим водителем уезжают первые с места ДТП, а мы с Мироном остаемся. Я не рассказываю ему о том, что Дима мой бывший муж.

Не вижу смысла в том, чтобы ворошить прошлое.

Но пугает то, что прошлое стало так часто появляться на моем пути.