Измена. Диагноз: 42, свободна и счастлива - Татьяна Тэя,Юлия Гордина Страница 10

— Как назвала, могу ещё повторить… — издевается та.

Их, что, в одном помещении держали всё это время? Могу представить, что там происходило. Как они не поубивали друг друга?

— Лилечка, — это Равиль подаёт голос. — Хватит. Хватит оскорблять Альбину. И уж точно не стоило драться с Сашей.

— Она сама на меня накинулась. Бешенная! Вон как о стол приложила боком! — задирает кофту. — Синяки останутся. Припадочная!

— Шлюха! — отвечает ей Саша. — Сучка! Шалава! Уродка!

— Саша! Помолчи! — рявкает Равиль.

Саша складывает руки на груди сердито.

— А ты мне рот не затыкай. Ты мне больше не отец! Как ты мог, а? С этой… маме изменить.

— Вырастешь поймёшь, — у Равиля хватает ума опустить взгляд и не спорить с дочерью.

— Ха! — бросает Саша. — А я уже выросла и всё поняла!

— Пойдём, мась… — стонет Лиля. — Мне плохо… голова болит… хочу ванну принять… Тут тараканы по полу ползают… Ужасно… а нога болит… а вот тут… тут синяк большой. Отвези меня домой, пожалуйста, ну мась…

Она продевает руку под локоть Равиля и продолжает жаловаться елейным голоском лисы Алисы…

Саша стоит, сжав кулаки, ладони Эдика лежат на её плечах, удерживая от опрометчивых поступков.

Равиль бросает на нас взгляд.

Смотрит на меня. На Сашку. Потом на Лилю.

Она тянет его к выходу.

Он всё ещё медлит. На месте не стоит, но постепенно…. Шаг, другой… отходит к двери.

Саша стоит вся красная от напряжения.

А во мне растёт обида за дочь.

Равиль смотрит на нас в последний раз, в глазах читается «прости». И скрывается вместе с Лилей за дверью.

Он свой выбор сделал.

Окончательный выбор.

— Кто не с нами, тот против нас, — весьма воинственно произносит моя дочь.

Кстати, о воинственности.

— Почему ты подралась с ней? — спрашиваю, стараясь сохранить спокойствие.

— Она провоцировала меня! — выпаливает Саша, её голос полон ярости. — Я сказала ей отъехать от моего отца. А она ржать начала. Сама припадочная! Я не могла просто сидеть и смотреть, как она смеётся надо мной! Над тобой! Над всем, что мне дорого!

В глазах Сашки скапливаются слёзы, она их смахивает дрожащей упрямой рукой.

Эдик вмешивается:

— Я пытался их разнять, но всё вышло из-под контроля. Мы кое-что разбили в кафе, и владелец вызвал полицию.

Кое-что… Видимо, много чего. Раз полиция приехала.

Я чувствую, как меня охватывает паника. Все эти эмоции, все эти события последних дней. Голова кругом.

Я даже прикладываю ладонь ко лбу.

— А ты там как оказался, Эдуард?

— Поехал за Сашей. Она хотела одна. Но я её одну никуда не пущу. Для этого ведь и нужны друзья? Поддерживать и спасать от опрометчивых поступков.

— Угу, — бухтит Саша. — Именно для этого.

Он бросает на Сашку внимательный взгляд, полный нежности и заботы. И я понимаю, что дело тут не только в дружбе.

— Мы разберёмся с этим, — говорю, стараясь говорить уверенно. — С кафе разберёмся. С ущербом.

— Отец разберётся, — усмехается Эдик, а потом видит его, идущего к нам. — О, уже разобрался.

— Ну, всё хорошо, — улыбается подошедший Шубин, словно он там не сложные вопросы решал, а на прогулку вышел. — Вас домой докинуть?

— Нет, я за рулём. Спасибо.

Мы выходим на улицу, и я ёжусь от прохладного ночного воздуха. Сашка стоит, обхватив себя руками, её потряхивает. Эдик что-то ей вкрадчиво втолковывает.

— Как вы? — спрашивает Олег.