Порочная клятва - Ева Эшвуд Страница 100

— Д-да. Я хочу этого. Пожалуйста.

— Хорошо. – Он целует меня в лоб, а затем двигается, проскальзывая подо мной, пока Мэлис помогает мне устоять на ногах. Держа член в одной руке, он направляется к моей киске и начинает входить в меня.

Как только в меня проникает головка, все мое тело словно загорается.

Господи, как же этого много. Так чертовски много.

Колечки от его пирсинга делают это ощущение еще более ощутимым, и я слышу, как всхлипываю, когда он прижимается ко мне, заполняя целиком. Ошеломленная, я хватаю ртом воздух, пытаясь обрести хоть какое-то равновесие, за которое можно было бы ухватиться.

Рука Мэлиса обхватывает мой подбородок сзади, его губы касаются мочки моего уха.

— Помнишь, что ты сказала мне в тот день в душе, солнышко? – бормочет он, когда Рэнсом приподнимает бедра, проскальзывая внутрь еще на дюйм. – Ты сказала, что мне не нужно беспокоиться о том, что я сломаю тебя, потому что ты уже сломлена. Ну, я не думаю, что ты сломлена. Я думаю, ты чертовски сильна. Посмотри, как ты принимаешь моего брата. Я должен был догадаться, что все закончится именно так, когда впервые увидел, как он трахает тебя. Ты жаждала этого тогда, жаждешь и сейчас, не так ли?

Я киваю, безмолвно соглашаясь со всем, что он говорит, и когда Рэнсом издает сдавленный звук подо мной, я опускаю взгляд и понимаю, что он полностью вошел в меня.

Его сине-зеленые глаза вспыхивают, встречаясь с моими.

— Готова?

Я снова киваю, мой пульс учащается.

— Мы постараемся быть с тобой помягче, солнышко, – выдавливает из себя Мэлис. – Но я не уверен, что смогу. Черт, в тебе так хорошо. Твоя попка словно чертовы тиски.

Когда они оба начинают двигаться, находя ритм внутри меня, голова идет кругом. Я поднимаю взгляд и вижу Вика, стоящего у изголовья кровати и пристально наблюдающего за нами. Его глаза следят за движениями братьев, за каждым содроганием моего тела.

— Вик, – выдыхаю я, и мой голос звучит совершенно отчаянно. – Пожалуйста?

— Чего ты хочешь? – спрашивает он. Его голос еще более напряженный, чем раньше, то ли потому, что он сдерживает себя, то ли потому, что хотел бы этого не делать.

— Тебя. Просто… Ты нужен мне ближе. Я хочу, чтобы ты тоже был здесь.

Он колеблется, на секунду выглядя неуверенным, но затем в глубине его глаз что-то мелькает, и он кивает, забираясь к нам на кровать. Я ожидаю, что он остановится в паре футов от меня, но вместо этого он продолжает ползти, пока не опускается на колени рядом с нами тремя.

Когда он берет мое лицо в ладони, я задыхаюсь от его прикосновения. Его ладони теплые и твердые, и когда он притягивает меня для поцелуя, я с готовностью подчиняюсь.

Это совершенно новый опыт – целовать Вика таким образом. Ближе всего это можно сравнить с нашим поцелуем на кухне, но сейчас все иначе. Его рот горячий и страстный, и он целует меня с глубоким, всепоглощающим голодом, словно хочет повторить все, что делают его братья, одними губами и языком.

У меня кружится голова, тело горит, и по мере того, как оно приспосабливается к толчкам Мэлиса и Рэнсома, трахающих меня в разные дырочки, удовольствие полностью вытесняет боль.

— Черт возьми, – ворчит Мэлис. – Ты так хорошо нас принимаешь. Я знал, что у тебя получится, солнышко. Знал, что ты будешь идеальна во всем.