Между любовью и ненавистью - Шейн Роуз Страница 100

— Хм. – Он внимательно посмотрел на меня. – Ты думаешь или точно знаешь, что так будет лучше, маленькая бунтарка?

Я провела ладонью по волосам и с нарочитой сосредоточенностью принялась протирать столешницу. Лишь после этого взяла лимоны, нарезала их, выдавила сок в чашку и добавила воды. Я намеренно тянула время, отчаянно пытаясь справиться с нарастающей тревогой перед ответом. Затем тихо произнесла:

— Знаю.

— А вот и она. – Он опустился на стул, и я вновь подала ему тарелку. Доминик медленно откусил, не отводя взора, словно приглашая разделить с ним этот миг. Каждое движение – то, как его губы сомкнулись на вилке, как он сосредоточенно смаковал кусочек, – было продуманным. Казалось, между нами потрескивал наэлектризованный воздух. – Божественный вкус, Клара. Ты добавила укроп? Наверняка там еще что-то…

Отодвинув ногой стул напротив него, я пожала плечами:

— Да. Мелко нарезанный чеснок и петрушка. Удачно сочетаются?

Он цокнул языком.

— Ты ведь и сама прекрасно знаешь, что все сочетается. Безусловно.

— Хорошо. – Я скрестила руки. – Да, знаю, что сочетается. И тебе стоит наслаждаться едой, а не глотать ее наспех.

— Я бы с гораздо большим удовольствием остался здесь и наслаждался едой весь этот проклятый день, вместо того чтобы встречаться на рынке с твоим будущим наставником.

Из моей груди вырвался невольный смешок.

— Ну, может быть, он и станет моим наставником, Доминик, если, конечно, сам этого захочет.

Он прищурился, откусив еще кусочек, и указал на меня вилкой.

— Ему бы крупно повезло, если бы он согласился взять тебя, кексик. Он мастерски справляется с основными блюдами, но рука не набита на десерты.

— Его десерты…

— Не идут ни в какое сравнение с твоими. И я ему об этом сообщил.

Колени предательски подкосились, и я едва удержалась, чтобы не упасть на потертый кафель.

— Что? Ты не мог такого сказать.

— Он осведомлен, что именно мне нравится в его ресторане и что не приемлю. Я всегда честно делюсь мнением, когда кого-то к нему привожу. – Он пожал плечами, будто речь шла о чем-то обыденном. – Твои десерты могли бы стать поистине феноменальным дополнением к меню Валентино, и он осознает это.

У меня отвисла челюсть.

— Ты похвалил мою выпечку?

Он доел и только потом ответил:

— В тебе чувствуется страсть к делу, и ты действительно хороша в том, чем занимаешься. Ты ценный актив.

Как непринужденно слетели слова с его губ. В них слышалась такая искренность, такая непоколебимая уверенность.

— Спасибо, – пробормотала я, пытаясь забрать у него тарелку, но он отвел мою руку и поднялся, чтобы вымыть посуду самостоятельно. Взял кастрюлю с плиты и принялся за нее. – Тебе не обязательно убираться…

— Конечно, обязательно. Ты готовишь, я убираю, Клара. – Он усмехнулся. – Это непреложное правило в доме моей матери. Равное распределение обязанностей вне зависимости от того, притворяемся ли мы парой или состоим в настоящем браке.

Империя HEAT и братья Харди, владевшие ею, регулярно оказывались в центре внимания прессы. Мне было известно, что они потомки греческих иммигрантов, что родители до сих пор вместе и сознательно избегают публичности. Они не давали интервью и не покидали свой дом на Среднем Западе.

— Наверное, в этом и есть секрет их счастливого брака.

— Возможно, – хмыкнул Доминик. – К тому же у них добрые сердца.