Ночной скандал - Аннабел Брайант Страница 110

Шепот над ее щекой — Мэтью оторвался от ее губ. Наверное, он, как и она, хотел бы получить гораздо больше, но знал, что это невозможно.

— Жаль, я не могу изменить обстоятельства болезни вашего дедушки. — В темноте голос Мэтью звучал тихо и хрипло. Она упивалась им, точно бальзамом, который врачевал ее тревоги.

— Знаю. — Это было правдой. В отличие от Киркмена, который пытался обратить ее беду в свою пользу, Мэтью предлагал бескорыстное сочувствие.

Теодосия отстранилась, чтобы видеть его, но в темноте аромат его бритвенного мыла интриговал ее сильнее, чем выражение его глаз.

— Не верится, что вы помчались сюда среди ночи лишь для того, чтобы убедиться, что со мной все в порядке.

Он не шелохнулся. Коридор тонул во мраке. Она слышала, как бьется его сердце — громко и решительно.

— Это для меня радость. — Он сделал шаг назад, останавливаясь на безопасном расстоянии от Теодосии. — Итак, мы снова в коридоре, Книжница, вы в халате, а я в пальто. — Странные нотки звучали в его голосе. — Это входит в привычку.

— Я не могу пригласить вас войти. Моя горничная спит.

— Знаю. — Она почувствовала, что он улыбается.

И тут Теодосия догадалась, как можно было бы истолковать ее слова.

— То есть я хотела сказать… — В замешательстве она пыталась объясниться, но он подхватил:

— А я не могу похитить вас и отвезти к себе. Увы, я прибыл верхом. Но если бы у меня была карета…

— Верхом? А нога не болит? — Она пыталась оглядеть его с головы до ног, но он удержал ее.

— Все в порядке, — твердо сказал Мэтью. — Вопрос в том, чего я могу, а чего нет.

— Конечно, — ответила она наконец. — Я все равно не смогла бы с вами поехать.

— Понимаю.

Теодосия знала, что он не лукавит. Она прильнула щекой к его груди, впитывая тепло и силу, которыми он так щедро с ней делился. — Мы уезжаем завтра на рассвете.

— С Киркменом?

— Думаю, да. По крайней мере, так планировалось.

Они стояли, обнявшись, еще минуту, и ни ему, не ей не хотелось нарушать молчание.

— Я рада, что вы здесь. — Она подняла голову и коснулась губами его подбородка. Новое ощущение пронзило ее, настойчивое и томительное, как и желание быть с ним… Мэтью коснулся губами ее губ бесконечно нежным поцелуем. Она жаждала решительного, властного прикосновения, такого, чтобы опалило душу и облегчило тоску неутоленного желания. Но его поцелуй оказался еще лучше — простая нежная ласка, ощущение его губ на своих губах, умелые действия его языка и восхитительный вкус его рта.

Утром Теодосия приветствовала Генри в смешанных чувствах. Лорд Киркмен был другом ее детских лет. Они провели врозь только то время, что он учился в школе и путешествовал по Европе, да и тогда они периодически обменивались письмами. То есть их дружба была долгой, однако сейчас, обдумывая историю его семьи, Теодосия не могла взять в толк, откуда это настойчивое стремление как можно скорее жениться. Она всегда принимала их с Генри дружбу как данность, никогда не пытаясь совать нос в его личные дела. Так что никакой теории выстроить не могла. Наверное, все дело в желании финансово упрочить свое положение? Иначе зачем джентльмену добровольно нарушать естественный ход вещей и приносить личные предпочтения и возможность выбора в жертву настойчивой решимости?

Обратное путешествие в Оксфордшир прошло без происшествий. Дедушка время от времени то засыпал, то принимался оживленно разговаривать, а Генри хранил молчание. Мрачное выражение его лица яснее ясного говорило, что он желает лишь, чтобы его оставили в покое.