Марафон в рай - Артур Каджар Страница 110

Нара кивнула:

— Спасибо.

Из дома вышла Манджу и радостно засуетилась, взяла футляры с инструментами. Было видно, что она соскучилась по постояльцам. Нара прошлась по знакомым комнатам, но роскошь виллы больше не впечатляла. После тесной камеры и простоты дома Аша все это казалось излишним, почти бессмысленным.

Давид с гитарой уселся на диване в гостиной. Провел пальцами по струнам. Звук был чистый, хотя инструмент не из дорогих. Он заиграл одну из мелодий, что родились у него в голове еще в тюремной камере — печальную, с нотками надежды. Неслышно зашла Ирина и уселась в углу на стуле, не сводя глаз с Давида.

— Принеси скрипку, — попросил он Нару.

Она настроила струны и намазала смычок. На мгновение ей показалось, что время остановилось. Инструмент был одновременно родным и чужим — словно встреча с давним другом, которого не видел много лет. Пальцы, пусть и не мгновенно, сами нашли привычное положение на грифе.

— Давай сначала что-то из твоего альбома, — попросила она.

Давид кивнул и начал играть мелодию, не торопясь, давая ей время. Нара закрыла глаза, прислушиваясь к звукам гитары, пытаясь поймать настроение музыки. Поднесла смычок к инструменту. Тот мягко коснулся струн, и сначала раздался только едва уловимый шорох. Нара сделала глубокий вдох, провела по струне, и первый звук, будто тончайшая нить, вытянулся в воздухе.

Первые ноты вышли неуверенными — слишком слабыми, потом слишком резкими. Но постепенно рука вспоминала, пальцы находили правильные позиции. Она подхватила мелодию Давида, сначала осторожно, потом все увереннее. Скрипка пела высоким, чистым голосом, а гитара отвечала ей глубокими, теплыми аккордами.

Нара чувствовала, как что-то внутри оттаивает, как будто часть ее души, которую она считала навсегда потерянной, медленно возвращается к жизни.

Давид смотрел на нее и не мог оторваться. Он всегда чувствовал, что она была выдающейся скрипачкой, но видеть это… Нара преображалась на глазах. Исчезли скованность, напряжение — осталась только музыка. Лицо ее светилось, губы слегка приоткрылись, брови сдвинулись в сосредоточенности. Она всегда казалась ему прекрасной, но такую — будто озаренную изнутри — видел впервые.

Давид включил диктофон на телефоне и перешел к импровизации. Уже новые звуки заполнили просторную гостиную. Это была не армянская музыка и не индийская, а какой-то удивительный сплав. Манджу несколько раз заглядывала в комнату, завороженно слушая. Они играли больше часа, полностью погрузившись в творчество.

Когда последние звуки растворились в воздухе, Ирина вскочила со стула.

— Обалдеть! — воскликнула она, подойдя к Давиду. — Вы же Архангел! Так ведь?! Я узнала вас! Боже ж ты мой, как давно это было, но я вспомнила ваши песни!

Она с сияющим лицом села на подлокотник дивана рядом с Давидом.

— Не могу поверить, что настоящая звезда у меня на вилле! А я-то думала, вы просто богатенькие туристы. — Она поправила волосы и прижала руку к груди. — Аж сердце застучало, это ж надо…

— Ирочка, — прервала ее Нара, — не хочется тебя торопить, но нам нужно кое-что обсудить наедине. Семейные дела.

— Ой, конечно! — Ирина встала, но не торопилась уходить. — А можно фоточку на память? Подружки не поверят, что с самим Архангелом знакома.

— Послезавтра фоточку, утром часам к десяти приходи, — сказала Нара. — И депозит, пожалуйста, не забудь.