По ту сторону любви - Эмили Кокс,Николь Аллен Страница 115

— А вот и ты.

Я разворачиваюсь, упираясь ладонями в дверь позади в поисках опоры. К ногам приливает кровь.

Ник сидит на диване, положив ногу на ногу, руки закинуты на спинку. Черное на черном. Я стараюсь унять дрожь в коленях.

— Я уже начал беспокоиться. – Голос звучит ровно, мутные глаза обшаривают мое тело.

Я вжимаюсь ступнями в холодный мрамор.

— Я же обещал немного веселья после тоста. Но сначала – викторина. Вопрос первый. Где была моя маленькая Мэй Ли? – Язык у Ника заплетается, но злость в его тоне пронзает меня насквозь. – Или я прервал важный звонок… с твоим мальчишкой?

Я мотаю головой так резко, что теряю равновесие и хватаюсь за дверную ручку.

— Нет! Я… меня вырвало. В кашпо. Потом я пошла отмываться. Перебор с шампанским. Я же не пью.

Ник издает сухой смешок, звук уносится, как пыль.

— Почему ты всегда такая непокорная?

Он хочет, чтобы я умоляла о пощаде. Просила, плакала, исполняла любой приказ, лишь бы он меня не покалечил. Но его перекошенное лицо, его слова задевают что-то внутри, разжигают ярость, и изо рта вырываются слова:

— Я тебе не зверушка. Меня нельзя держать в клетке.

Ник смеется, вливая в темноту еще больше черного. С трудом встает и поднимается по двум ступенькам из ямы гостиной, а потом, покачиваясь, идет по мрамору ко мне.

— Как жаль. Я предпочитаю женщин в клетке.

Он тянется к стене, и я бросаю в него лихорадочные слова:

— Я знаю, чем ты занимаешься.

Я дергаю дверную ручку, но Ник бросается на меня, превращаясь в темное пятно, ударяет рукой по двери, а потом врезается в меня всем телом.

— Ты не представляешь, на что я способен.

Он хватает меня за волосы, вторая рука соскальзывает по пояснице ниже, притягивает к нему. Я напрягаюсь.

— У тебя могла быть самая роскошная клетка. Но теперь… я сниму с нее все. Ни стажировки. Ни учебы. Ты просто будешь играть роль, которую я тебе дам. Делать все, что я хочу.

Я дергаюсь в его хватке, но он сжимает руки сильнее.

— Зачем ты это делаешь?

— Потому что я всегда получаю то, чего хочу.

Чао прижимается горячими, липкими губами к моему уху, и я зажмуриваюсь, когда он придавливает меня к двери бедрами.

— Все без исключения, – рычит Ник, сдергивая с меня платье.

Я отталкиваю его, но он прижимает меня еще сильнее, его рот вдавливается в мой так грубо, что я начинаю вырываться, царапая его лицо ногтями. Ник пытается схватить меня за руки, но теряет равновесие и, падая, хватается за меня, вырывая сережку.

Я кричу и хватаюсь за ухо, в ладони собирается теплая кровь. Он валит меня на пол. Слезы застилают глаза. Я выдергиваю ногу из-под его тела и отползаю, оставляя на полу кровавые отпечатки ладоней. Платье соскальзывает с меня, пока я пытаюсь ползти к своей комнате, но Чао хватает меня за талию и дергает назад, грубые руки сжимают мой живот.

Я ору от ярости и ужаса и пинаюсь, а он тащит меня в свою комнату и бросает на кровать. Переворачивает на спину, фиксирует мои руки над головой.

— Хотел спросить у твоего мальчишки, какая ты на вкус, но, пожалуй, сам выясню.

Когда он снова впивается в меня ртом, я пихаю его коленом в пах. Он чертыхается и отдергивается настолько, что у меня получается навалиться на него всем телом, опрокидывая на бок, а потом сползти с кровати.

Я уже почти у двери, когда Ник хватает меня за талию и резко дергает назад – воздух вырывается из груди с глухим стоном.