В болезни и здравии, Дракон - Хель Сорго Страница 116

Повисло звенящее молчание, которое первой нарушила Мелоди:

— Я не собираюсь оставлять вас наедине, так и знайте.

Мы оба рассмеялись в ответ, больше не ощущая ничего тягостного между нами, кроме предвкушенияразлуки.

Если сам Ранэль ещё не до конца признался себе, то я вижу точно — он влюблён.

Не в меня.

И влюблён впервые.

Потому что то, как смотрел или касался Мелоди, увы или к счастью, на себе я от него никогда не испытывала.

— Я бы помогла выкатить коляску, но, — показала им малыша.

Ранэль тут же оживился, протягивая руки:

— Дай-ка мне маленького Люци! Вот, по кому я точно буду скучать, — положил он его себе на колени и позволил обхватить свой палей крохоткой, но удивительно-цепкой ладошкой.

И тут я уже терпеть не смогла:

— Постараюсь навестить тебя, как только сможем!

Ранэль улыбнулся.

— Я буду ждать. Как ни как, а вы... Не знаю, — договорил после странной паузы, — имею ли право говорить так.

— Мы тоже считаем тебя частью семьи, — заверила я его и помогла Мелоди выкатить кресло через высокий порожек. — Забудь уже обо всём, ну правда.

— А собаки? — когда мы уже оказались в затянутом туманом дворе, вдруг прошептал Ранэль, слыша их весёлый лай. — Жаль, что не могу ездить на охоту, а значит, мне не забрать их с собой…

Они окружили нас, наперебой тычась влажными носами и поскуливая, выпрашивая у змея ласки.

— Уверена, — пытаясь увернуться от очередного пса, проговорила Мелоди, — лорд подарит тебе парочку чуть позже! Зато мы начнём, наконец, обустраивать свой быт. Это ведь хорошо?

— Конечно, — отозвался он, целуя одну из собак меж ушей, когда я, от греха подальше, забрала и прижала к себе Люци.

— Ваш экипаж за вратами? — гляделась. — Почему так далеко оставили?

— Чтобы прогуляться по участку, — отозвалась Мелоди. — Прощается, будто навсегда уезжает. Мне обидно даже. Я вот дождаться не могу!

Ранэль поднял руку, чтобы успокаивающе похлопать её по ладони на своём плече.

— Глупости, Мелоди. Я просто давно не выходил из этого замка.

— Но ты ещё вернёшься, — пообещала я. — Это ведь главное.

Однако когда после прощаний их экипаж поглотил туман, а цокот копыт растворился в снежной тишине, мне самой стало сложно поверить, что Ранэль уехал.

Уехал домой…

Зато, возвращаясь, когда увидела Лору, сидящую на всё ещё не скрытой в снегу лужайке средь острых золотистых трав, в кружевном светлом платье, нежно поглаживающую Стрелу по тёплой морде, на душе моей сделалось светло.

Я тоже вернулась домой.

Теперь всёправильно и всё будет хорошо.

— Дочка, — позвала я, — идём, скоро будем обедать.