Тайная мама для сына миллиардера - Ада Линн Страница 12

Стучу в дверь, но управляющая не откликается. Видимо, занимается другими делами.

Жду минуту, снова стучу.

Бесполезно.

Смиряюсь с тем, что помощи здесь не дождёшься. Принимаюсь бродить по дому самостоятельно. Это же собака. Она должна лаять, бегать, шуметь.

И я оказываюсь права. Лай действительно раздаётся, только приглушённый и слышится за окном. Горничная гуляет со щенком во дворе.

Выбегаю через служебный вход и сразу натыкаюсь на тёплый приём.

Рекси подбегает, обнюхивает мои ноги и поднимается на задние лапы, скребётся когтями по моим форменным брюкам, оставляя характерные следы.

— Рекси, нельзя!

Пёс никак не реагирует на команды горничной.

— Ничего страшного, здравствуйте. Я Лиза, новая няня Эдуарда.

— Здравствуйте, я Варя. Временная няня для собаки.

У них даже няня для собаки есть – с ума сойти можно!

— Очень приятно. Привет, дружок.

Я опускаю ладонь и пытаюсь погладить Рекси, но щенок тут же принимается кусать меня за пальцы. Игриво, но ощутимо больно.

— Осторожнее, – обречённо произносит девушка. – Он кусачий, ужасно непослушный. Завели пса, а про специалиста забыли. Скинули на меня, а я терпеть не могу собак. Он вообще не слушается.

— Джек Рассел – достаточно активная порода.

Не то чтобы я знаток, но в доме, где я снимаю квартиру, немало любителей этой породы. Я видела, какие они игривые, если не сказать бешеные. Хозяева постоянно занимались их дрессировкой, играли на свежем воздухе, и я не раз слышала, что вечером Джека надо как следует вымотать, иначе он будет терроризировать хозяина всю ночь, требуя игр.

— Разбираетесь? – с надеждой спросила Варя.

— Не то, чтобы… Просто видела такую породу уже.

— Понятно. – В голосе девушки слышала полная безысходность.

— Скажите, Варя, а можно узнать расписание собаки?

— Кормлю три раза в день и гуляю три раза в день, вот и всё расписание.

— А где собака проводит остальное время?

— Запираю его в комнате. Там полно игрушек, но эта сволочь всё равно грызёт стены.

То, что я слышу, мне не нравится. Бедный пёс, получается, постоянно сидит один взаперти, но ещё есть надежда.

— Скажите, а когда Эдуард приходит играть с собакой?

— Не знаю, – пожимает она плечами. – Сомневаюсь, что он вообще приходит. Говорят, у него совсем нет свободного времени.

— Спасибо. А скажите – в какой комнате вы запираете Рекси?

— В пристройке, – Варя машет в сторону небольшого домика на территории. – Пёс воет по ночам, мешает спать всем в доме.

Конечно, пёс воет. Это же собака-компаньон. Ей нужен человек.

Во мне поднимается волна гнева.

Большей частью направленная на хозяина дома.

Ледяной истукан, который растит из сына безжалостного дельца. Собаку завели по прихоти. Да и няню тоже…

Скриплю зубами от ярости.

Во мне закручивается дикий вихрь из злости на Тагирова и жалости несчастному псу Рекси.

Выясняю у Вари, как получить доступ к Рекси. Она тут же делится со мной ключом от пристройки и комнаты пса, как только я обещаю, что вечером приду, покормлю и погуляю с ним сама.

— Возможно, уже завтра вы будете свободны от этой обязанности. Думаю, что Рекси должен жить в комнате своего хозяина – Эдуарда.

— Ой! Вы лучше сначала получите разрешение от Артура Эдуардовича, – Варя испуганно отдёргивает руку с ключами. – Собака в доме всем мешает.