Неисправная Анна. Книга 1 - Тата Алатова Страница 127

И Анна вдруг отчетливо понимает, что он уйдет от наказания. Это же нелепо: собрать столько улик — и ни единого прямого доказательства.

На что рассчитывал Лыков, организуя этот допрос? Сломить дух Полозова?

— Ну что ж, извольте, — сыщик резко встает, открывает дверь, кричит куда-то в коридор: — Заводите.

На пороге появляется задрипанный мужичонка, мнущий в руках поношенную шапку. Он переступает с ноги на ногу, испуганно поглядывая то на одного из них, то на другого.

— Для протокола, — диктует Лыков. — Проводится очная ставка между Полозовым Алексеем Захаровичем и свидетелем, дворником Коровиным Платоном Ивановичем. Рассказывайте, голубчик.

— Так точно, ваше благородие… — басит мужичок. — Я ведь затемно встаю мусор сгребать. Смотрю, к управлению фараонов кто-то тащит что-то большое, в рогожу или в старую дерюгу завернутое. Тяжелое, волоком по мостовой… Подтащил эту ношу прямо к решетке да бросил. И прыснул вон. Я испугался: не ровён час покойничка приволокли, подошел тишком ближе, а там кукла, прости господи, вылитый человек — жуть. В красном кафтане. Страху-то, не приведи господи, натерпелся.

— Узнаете этого человека?

— Так он прям под фонарем мелькнул… Вон, на стуле сидит.

— Коровин указывает прямо на Полозова, — поясняет Лыков проклятону.

Как же они нашли этого дворника? Сколько подворотен обошли? Сколько людей опросили? Анна вглядывается то в робеющего мужичка, то в неподвижного Полозова.

А у художника вдруг опускаются плечи, и он говорит горько:

— Мы этой сабли лишь через несколько лет хватились. И далась она Мещерскому, да ведь настолько, чтобыИрину ради старой железяки обхаживать. Задурил голову наивной девице, а потом исчез без следа. Вот бедная за отраву и схватилась. У нее с тех пор судороги, есть почти не может, сожгла желудок. Я и не догадывался, что Мещерский саблю украл, пока случайно в музей не устроился художником. А там она висит… у нее щербинка такая узнаваемая. Тут меня такое бешенство взяло…

Лыков слушает спокойно, и не скажешь, что торжествует.

***

— Что ж, вот мы и закрыли дело, — Лыков удовлетворенно протягивает ей пальто. — Благодарю, Анна Владимировна. Коли бы вы не ваше открытие в библиотеке, могли бы и вовсе на Полозова не выйти.

В кабинете следователей прохладно — окно нараспашку. Прохоров что-то строчит на своем месте, Бардасова нет.

— Удивительно просто, как вовремя вы свидетеля нашли, — отвечает Анна.

Она чувствует себя усталой и подавленной, будто ее выжали, как мокрую тряпку. Слишком много переживаний всколыхнуло в ней это утро, вопросов и воспоминаний.

Прохоров вскидывает голову от бумаг и предостерегающе смотрит на Лыкова.

— Нашли? — неприятно усмехается тот. — Да бог с вами, Анна Владимировна.

Она растерянно отступает, не понимая.

А потом закрывает рот обеими руками, сдерживая потрясенное восклицание.

— Борис Борисович, нашли перед кем откровенничать, — укоризненно произносит Прохоров. — Идемте-ка, Анна Владимировна, прогуляемся.

Она позволяет увлечь себя на набережную. Снег уже окончательно обосновался в городе, но Фонтанка еще не замерзла. Анна плотнее завязывает платок, дышит как можно глубже — ее тошнит.

— Полноте, — Прохоров щурится на солнце, безмятежный, как кот у печки. — Коли не липовые свидетельства дворника, ведь ушел бы художник.