Я тебя сломаю - Анастасия Князева Страница 129

Долгий… С надрывом.

И все.

Меня кроет.

Рывок, и ее лицо уже в моих ладонях. Бледное, беззащитное. В глазах застывшие озера слез. Отчаяние и… страх. Он передается мне. Пробивает. Ломает каменную защиту и разом, одним точным ударом укладывает на лопатки.

Я вижу, как трепещут ее ресницы. Черные. Длинные. Красивучие… Мои. Просто МОИ.

Дрожащими пальцами, не замечая собственных реакций, собираю ее слезы. Капля за каплей.

— Тихо… Тихо, моя девочка. Все прошло. Я рядом…

Шепчу, словно в бреду. Голос не слушается. Хрипит. Летает по активам, как и сбившиеся к чертовой матери мысли.

Сгребаю ее в объятия. Обдаю жаром. Брожу ладонями по плечам. Вверх. Вниз. Снова по тому же маршруту. Зарываюсь лицом в темные волосы, ловя губами бешеный пульс. Сильнее. Резче. Каждый удар.

— Посмотри на меня… — умоляю. — Пожалуйста, Олененок… — голос срывается на шепот. Я задыхаюсь. — Посмотри… на меня.

Скалюсь от боли. Острой. Эфемерной. Внутри. Где-то там, в дебрях. Куда раньше никто не проникал. Ни разу. Но она пробилась. Забралась в душу. Туда. В саму суть. Изменила меня. Обнулила.

Отстраняюсь и сам в глаза ее заглядываю. Космические. Необыкновенные. Растворяюсь в них, как мальчишка.

— Любимая, не молчи. Скажи хоть что-нибудь. Кто это был? Они ничего тебе не сделали? Может, болит что-то? Поехали. Поехали в больницу. Пусть док тебя посмотрит, убедимся…

— Нет!

Вздрагивает, как от удара. По бледной щеке Арины сбегает первая слеза. Она наконец отмирает, отпихивает меня ладонями и трясет головой.

— Я больше не хочу! Хватит! Хватит с меня больниц! Я не выдержу…

Она отшатывается. Отмахивается от моих рук и вжимается в стенку. Затравленно. Смотрит на меня в упор. Взглядом вспарывает, заключает в капкан. Огромными карими глазами.

— Не трогай. Не смей меня касаться.

Тихо так. Вкрадчиво. А я даже не сразу понимаю, что она говорит. В голове — бардак, настоящий адский вертеп. И он не затихает. Наоборот. Безумие обретает все больший масштаб. Крепчает. Сводит с ума.

— Хорошо. Хорошо, — поднимаю руки, чтобы она успокоилась. — Все будет, как ты скажешь. Ничего против твоей воли. Клянусь.

Смотрю в упор. Глаза в глаза. Увидь же. Поверь. Дай шанс... Последний.

От моего взгляда она бледнеет еще сильнее. Голову откидывает. Но ничего не говорит. Ни единого звука не вырывается из напряженного горла.

— Поехали, — хриплю сквозь горечь. — Поехали домой, Олененок. Поговорим потом, сейчас мы оба не в состоянии. Давай же, любимая. Позволь мне тебе помочь.

— Ты издеваешься? — хмурится, качает головой, обнимает себя руками, закрываясь от меня окончательно. — Я никуда с тобой не поеду. Слышишь? Здесь мой дом. Моя настоящая жизнь. А то, что предлагаешь ты — фарс. Я больше не хочу быть его частью.

— Арина…

Ноль эмоций. Пустой взгляд. Никаких эмоций. Ни тени чувств. Как же я тебя обидел, маленькая…

— Прости. Прости за все. Я знаю, что не заслужил. Знаю. Я столько всего сделал… Так накосячил, что до конца жизни не отмоюсь. Это правда, но… Я не могу без, Арина! Я НЕ ХОЧУ без тебя. И не буду.

В голове что-то щелкает. Слетает с предохранителей. Я резко встаю. Нависаю над ней диким зверем. Коршуном. Хрен знает, кем. Понимаю, как это выглядит со стороны. Каким меня видит она. Читаю в ее глазах.

— Я никуда с тобой не поеду, — заявляет твердо. — Пойми уже, Мирон, я устала! Устала от постоянного вранья. Устала от всех этих игр. Я просто хочу побыть одна. Хочу разобраться в себе, хочу понять, как мне со всем этим жить. После всего, что случилось…