Пышка-ассистентка, которую он потерял - Виолетта Весна Страница 13

Он взял планшет.

Я видела, как его взгляд стал тяжелее. Не злым — рабочим. Таким, каким он смотрел на людей, которые пытались провести его через красивую формулировку к плохим последствиям.

— Кто видел?

— Я. Юристы пока нет, они будут в офисе через двадцать минут. Финансовый блок, очевидно, видел раньше нас.

— Почему очевидно?

— Кирилл Павлович позвонил через девять минут после письма банка. Значит, ждал редакцию или получил копию.

Роман поднял брови.

— Веселее и веселее.

Демьян посмотрел на него.

— У тебя встреча с фондом в девять.

— Я пришел морально поддержать.

— Поддержи из переговорной.

— Как скажешь, брат.

Роман ушел, но перед этим успел подмигнуть мне. Не по-мальчишески, не флиртом. Скорее так, будто говорил: “Держись, сейчас начнется”.

Я и сама знала.

— Папка у меня? — спросил Демьян.

— На столе. Красная — банк, синяя — подрядчики, черная — риски по старым договорам. Кофе справа.

Он уже шел к кабинету, но на слове “черная” остановился.

— Старые договоры?

Я почувствовала, как между лопатками стало холодно.

— Вы просили поднять архивные приложения по подрядчикам после вчерашней сверки.

— Я просил?

— Вчера в девятнадцать сорок. После звонка с “Норд Инвест”. Вы сказали: “Орлова, поднимите старые подрядные приложения по похожим схемам аванса”.

Он смотрел на меня несколько секунд.

Потом коротко кивнул.

— Верно.

Для другого человека забыть фразу за вечер было бы нормально. Для Демьяна — почти тревожный сигнал. Он не забывал то, что касалось сделок. Если забыл, значит, устал сильнее, чем показывал.

— И еще, — сказала я тише, чтобы не слышал проходящий мимо сотрудник. — В десять сорок я оставила вам семь минут до Кирилла. Без звонков.

— Зачем?

— Чтобы вы прочитали письмо банка сами, а не в пересказе финансового блока.

Его взгляд задержался на мне.

— Вы считаете, мне перескажут не так?

Я могла ответить осторожно.

Могла сказать: “Лучше проверить”.

Могла сделать вид, что это просто стандартная предусмотрительность.

Но вчерашняя подпись, архив, Малинин и голос Кирилла в пустой переговорной все еще стояли у меня за спиной.

— Считаю, что сегодня лучше никому не отдавать вам первую версию правды, — сказала я.

Демьян не сразу ответил.

Он редко позволял себе паузы в приемной. Пауза — это щель. Через нее люди видят, что руководитель думает, сомневается, выбирает.

— Через пять минут ко мне, — сказал он.

— Да.

Он вошел в кабинет.

Я выдохнула только тогда, когда дверь закрылась.

Утро действительно началось.

К девяти пятнадцати я уже успела перенести встречу с подрядчиками на малую переговорную, потому что в большой внезапно сломался экран; заставить IT подняться на сорок второй этаж не “в течение дня”, а через шесть минут; отправить юристам сравнение банковских редакций; поймать в коридоре заместителя службы безопасности и попросить проверить, кто ночью заходил в архив старых договоров.

Последнее я сделала слишком спокойно для человека, у которого внутри все сжалось.

— Ночью? — переспросил заместитель, Павел, мужчина с квадратным лицом и вечной усталостью в глазах.

— Да. С двадцати трех до часа.

— По какому проекту?

— “Северные кварталы”. И старый архив “Заречный”.

Он посмотрел на меня внимательнее.

— Вам это для Демьяна Александровича?

Я могла солгать.

— Пока для меня.