По ту сторону любви - Эмили Кокс,Николь Аллен Страница 135

Я смотрю на матушку Гуо, которая за последние четыре часа словно постарела лет на десять, и заставляю себя улыбнуться:

— Спасибо вам за помощь. Когда я уезжаю?

Я вздрагиваю от стука в дверь. Старушка улыбается, касается моей щеки, а потом идет открывать. Это не может быть Маркус – он бы не стал стучать. А посетителей здесь в такой ранний час не бывает. Когда Гуо открывает дверь, на пороге стоит мама.

Старушка трогает ее за плечо и смотрит на меня.

— Я буду внизу, – говорит она, поспешно выходя из комнаты.

Мама шагает внутрь и закрывает за собой дверь. На ней спортивные штаны и куртка, волосы собраны в небрежный пучок. Она прижимает к груди толстый конверт из плотной бумаги.

— Что ты здесь делаешь? – выдавливаю я, все еще приходя в себя от шока.

— Моя Мэй Ли… – Голос у нее срывается, когда она всматривается в мое лицо. – Матушка Гуо рассказала мне, что произошло. Мне так жаль.

Слеза скатывается по щеке и падает прямо в чай. Тишина между нами становится почти ощутимой.

— Она говорит, ты уезжаешь. Это хорошо.

Я поднимаю глаза:

— Хорошо?

— Нет, – качает головой мама. – Совсем нет, но это к лучшему. Мэй Ли, я так горжусь тобой. Ты невероятно смелая.

— Я не хочу быть смелой… Я просто хочу вернуть свою жизнь. А это невозможно, потому что я испугалась и позвонила в полицию.

Мама сглатывает и кивает, не отводя взгляда. Ее глаза блестят в полумраке.

— Я знаю. И я рада, что ты позвонила и что не вернешь свою прежнюю жизнь. У тебя будет новая, гораздо лучше. Благодаря тебе восемнадцать женщин спасены, а Ника и многих его сообщников арестовали. – Она сжимает губы, лицо бледнеет. – Я уверена, что будет еще много арестов. И рада этому.

Я резко поднимаю голову:

— Откуда ты знаешь?

— Ксандер позвонил Чазу из тюрьмы. А Чаз – мне. Рассказал все.

— С чего Чазу тебе звонить?..

— Потому что есть много вещей, о которых я не знала.

— Но Чаз тоже замешан. Почему его не арестовали?

— Он уверен, что скоро арестуют. А я уверена, что ресторан скоро закроется и нас отправят обратно на Тайвань. – Она опускает глаза. – Этому я тоже рада, потому что хочу вернуть свою прежнюю жизнь. С нынешней я не желаю иметь ничего общего, и уже тем более не хочу, чтобы с ней что-то связывало тебя.

Ее слова ливнем барабанят у меня в голове, некоторые из них впитываются. Я моргаю. Аресты. Закрытие ресторана. Тайвань. Этот остров мне уже не дом, но он далеко от воспоминаний. От Ника. Далеко от мечты, которая не может сбыться.

— Я поеду с тобой, – вырывается у меня.

Мама смотрит на меня, потом качает головой:

— Нет, Мэй Ли.

— Почему? – шепчу я. – Я ведь все равно должна уехать… Почему бы мне тогда…

— Нет, – твердо говорит мама, затем делает глубокий вдох и садится на кровать рядом со мной, стараясь не прикасаться. – Меня послали найти тебя и немедленно вернуть домой. Но если хочешь знать, что я думаю, то отвечу: следуй плану матушки Гуо. От и до.

— Но как же баба? Что будет с ним? – хрипло спрашиваю я.

— Ты ничего не должна этому человеку, – впервые за много дней мама смотрит мне прямо в глаза. – Он не тот, кем мы обе его считали.

Она кладет конверт мне на колени и смотрит в пустоту. В уголках ее глаз дрожат слезы, но она поворачивается ко мне и натянуто улыбается, изучая мое лицо.

— Мне нужно идти. Делай, как скажет матушка Гуо, и все будет хорошо. Я буду узнавать о тебе через нее. – Мамин голос срывается. Она встает, идет к двери, потом замирает спиной ко мне, положив ладонь на ручку. – Когда прочтешь то, что в этом конверте… просто знай: я ни о чем не жалею. Потому что то, чем я пожертвовала, привело тебя сюда. А то, что ты здесь нашла, говорит мне, что все было не зря. Я люблю тебя.