Рецепт: как вернуть любовь - Саша Вандэр Страница 136

Она отстранилась, но её руки остались на моей груди.

— Мой парень самый лучший! – заявила она, и тут же подарила мне быстрый, но такой желанный поцелуй.

— Пойдём в машину, там тепло, – предложил я, чувствуя, как её слова и поцелуй согревают меня изнутри.

Она кивнула, и мы, держась за руки, направились к автомобилю.

— Тебе, наверное, нужно возвращаться в кондитерскую? – спросила Полина, когда мы уже уселись.

— Нет, сегодня я полностью свободен. Весь в твоём распоряжении, – ответил я, устраиваясь за рулём.

— Тогда-а-а… – протянула она, её глаза заблестели озорством. – Может, прокатимся куда-нибудь?

— Прекрасная мысль! – рассмеялся я, пристёгивая ремень безопасности. – И ты тоже пристегнись.

— Слушаюсь, – весело отозвалась Полина.

Мы кружили по городу, словно два мотылька, притягиваемые светом друг друга и красотой улиц. Потом, взявшись за руки, мы бродили по парку, наслаждаясь нашей близостью. Когда вечер окутал город прохладой, и Полина начала ёжиться от холода, я понял, что вечер подошёл к концу. Подъехав к ее дому, мы еще долго сидели в машине, молча улыбаясь друг другу. Её смущение, лёгкий румянец, едва заметная нервозность – всё это было так трогательно и прекрасно. Вдруг тишину нарушил тихий, но отчётливый звук, доносящийся из её живота.

— Прости, что не позаботился о том, чтобы ты поела, – пробормотал я, чувствуя укол вины.

— Ничего страшного, – ответила она с улыбкой. – Я просто хотела провести время с тобой. Хотя от шоколадки не отказалась бы, – добавила Полина, смеясь.

— У меня, кажется, в бардачке что-то осталось, – намекнул я, подмигнув ей.

— Неужели ты до сих пор скупаешь весь шоколад в округе? – Поля потянулась к ручке бардачка.

— Привычка, – ответил я, не отрывая от неё глаз.

Дверца открылась, и улыбка тут же исчезла с её лица. Глаза, цвета мёда, расширились от удивления, в них читалось множество вопросов. Полина схватила небольшой прозрачный пакетик, перевязанный чёрной атласной лентой. Её губы приоткрылись, но тут же сомкнулись. Я облокотился на руль, подперев голову рукой.

— Как… Как это к тебе попало? – тихо спросила она, и в её голосе прозвучала тревога.

Я молчал. Она сжимала пакетик пальцами, а её брови сошлись на переносице. Полина резко повернулась ко мне.

— Выходит… всё это время, тем таинственным поклонником был ты?! – воскликнула она.

— Я не понимаю, о чём ты говоришь, – притворился я. – Что за печенье?

— Зачем ты строишь из себя дурачка? – Полина смотрела на меня с замешательством. – Просто признайся, что это ты!

— Открой его, – сказал я.

Затаив дыхание, я наблюдал, как она осторожно развязывает чёрную атласную ленту. Её движения были аккуратными и неторопливыми. Наконец, лента поддалась, и Полина разломила печенье пополам. Внутри скрывался крошечный свернутый листок бумаги.

— Ну же, что там? Прочитай, – попросил я, чувствуя, как волнение нарастает с каждой секундой.

Её голос дрогнул, когда она начала читать:

— Твоё сердце всегда знало, кому принадлежат эти печенья… – Полина замолчала, и я увидел, как по её щекам покатились слезы. Я нежно коснулся её лица, и она подняла на меня глаза, полные любви и понимания. – …как и моё сердце, – закончили мы фразу вместе, словно это было предначертано.

— Полина, я люблю тебя! – вырвалось у меня, и я больше не мог держать это в себе.