Я тебя сломаю - Анастасия Князева Страница 137

Другим с ней быть нереально. Хочется лучше, трепетнее, нежнее. Заботиться, ограждать, защищать. Исполнить все ее желания.

— Мирон, люди… — судорожно выдыхает девочка и краснеет.

От этого нежного румянца на ее бледных щеках кровь еще сильнее вскипает в венах. Бурлит. Плавится.

Не успеваю я ничего сказать, как голос со сцены громко объявляет:

— Для получения диплома приглашается выпускница магистратуры — лауреат международных конкурсов, автор лучшей выпускной квалификационной работы… Гараева Арина Леонидовна!

Включается музыка, и Арина на мгновение застывает. Точно Олененок.

Перевод взгляд на меня. А там страх. Волнение. Все, как впервые.

Беру ситуацию в свои руки. Поднимаюсь и помогаю ей встать. Сжимаю хрупкую ладонь. Несильно, но так, чтобы вспомнила — я всегда рядом. Каждую секунду.

Она это чувствует.

Закрывает глаза. Делает вдох-выдох, успокаивается и делает первый шаг.

Затем второй. Третий…

Мы идем по узкому, покрытому ковром, проходу под взгляды окружающих, а у меня в голове другая сцена. Тоже с проходом, зрителями, но уже наша. Свадебная.

Это случилось в июле, за три дня до получения Ариной диплома бакалавра. Мы уже знали, что ждем сына. За спиной — почти год жизни на две страны, постоянные перелеты, ночи телефонных разговоров и литры слез (да, гормоны у моего Олененка скакали будь здоров!); впереди — рождение первенца, школа молодых родителей, магистратура и целая жизнь.

Она тогда тоже переживала из-за того, как выглядит. Стеснялась, что выходит замуж будучи беременной, плакала. А я утешал. Словами. Объятиями. Ласками. Делал все, чтобы поверила. Чтобы осознала. Увидела себя моими глазами.

Потом были роды… Савелий оказался настоящим богатырем, заставил страдать не только свою маму, но и меня заодно. Клянусь, я чуть не поседел, пока она рожала! Смотрел, как ей больно, держал за руки и впервые в жизни не знал, как помочь. Таким беспомощным я себя не чувствовал никогда…

Но, когда сын заплакал… Когда увидел этого маленького человека… Когда взял на руки…

Это невероятное чувство! Неземное! В груди что-то щелкнуло. Сорвало чеку. Взорвалось.

Словно не было никакого «до». Только мы. Вместе. Втроем…

А через три месяца будет уже четверо. Наша дочка присоединится к нам осенью, предположительно — в конце октября.

Моя принцесса… Я пока еще не особо представляю себя в роли отца девочки, но уже засматриваюсь на все розовое: боди, пинетки, ободки с бантами в форме цветов… Интересно, какой она будет? В моих мыслях она — копия моей Арины…

Мы вместе доходим до подножия сцены, и я помогаю любимой подняться. Гордость переполняет от того, как моей девочке вручают красный диплом. Снова думаю о том, через сколько она прошла. Сколько работала ради этого момента. Вот он — результат неустанного труда, улыбка на ее губах и слезы радости.

Трепет в груди. Легкая дрожь.

Желание выйти на сцену, схватить микрофон и прокричать на весь мир: «МОЯ! Моя женщина! Любимая! Самая лучшая! Мать моих детей! Моё ВСЁ!».

Поворачиваюсь, забираю у Демьяна букет ее любимых ромашек. Небольшой. Нельзя ей тяжести тягать. Это так, демо-версия. Оригинал ждет в комнате. В огромной корзине. Все как положено.

Мой Олененок спускается ко мне. Смотрит в глаза и улыбается. Светится от счастья. За секунду до души добирается. Пробирает насквозь.