Неисправная Анна. Книга 1 - Тата Алатова Страница 139

— Вы теперь обо мне не тревожьтесь, — просит она. — Я теперь сама себе цербер похлеще закона.

— Ну и славно. Давай поужинаем наконец, а то разговорами да сожалениями сыт не будешь.

Лакей, явно подслушивающий за дверью, тут же вносит утку. Зотов потирает руки в предвкушении и принимается рассуждать уже с практической точки зрения:

— Коли тебе на свое имя вклад открывать опасно, так не обменять ли бумажки на облигации? Они выпускаются на предъявителя и имеют по четыре с половиной, а то и пять процентов годовых. В таком случае никто паспорт не станет спрашивать, тебе всего и нужно будет раз в полгода принести в банк купон и получить свои проценты. А продать облигации ты хоть когда сможешь.

— Я в этом ничего не смыслю, — разводит руками Анна.

— Ты мне пришли деньги… да вот хоть с Николаем моим. А в понедельник я этим сам займусь.

— Так и сделаем.

Вот Зина обрадуется, когда деньги превратятся в бланки облигаций. Наверное, они будут пугать ее меньше.

***

Когда лакей Зотова покидает их дом с саквояжем в руках, Зина хохочет, кружит Анну по гостиной, восклицая:

— Избавились! Избавились!

— Только настоящие бедняки так радуются, стряхнув с себя богатство, — смеется Анна, уворачиваясь из ее рук.

В квартире пахнет мылом и щелочью, Зина затеяла большую стирку. Полы блестят, натертые скипидаром. На кухне истекают соком пироги с вишневым вареньем.

Голубев тут же, на диване, пытается читать книгу, но больше поглядывает на своих постоялиц со снисходительной доброй улыбкой.

— Говоришь, этот Зотов вдовец? — Зина останавливается посреди комнаты, подбоченивается. — Может, мне окрутить его, Ань?

— Да ведь он старый совсем.

— Невелика беда, это с каждым может случиться… Да только на что ему такая, как я? Нет, мне надо найти добренького батюшку с тягой спасти сирую и убогую…

— Батюшка! — восклицает Анна. — Феофан!Выставка! Воскресенье!

Она ведь и позабыла совсем, что на завтра у нее уже есть планы. Убежала бы с раннего утра в библиотеку и пропустила что-то новенькое.

— Совсем блаженная стала, — жалуется Зина, падая на диван. — Что это за шифра такая?

— Мы с Феофаном — ну помнишь, рыжий жандарм, поповский сын, — собрались на выставку механических и электрических чудес. Виктор Степанович, а пойдемте с нами? Вам ведь тоже интересно будет.

— Спасибо, Аня, вот только роли дуэньи мне не хватало, — отвечает он иронически.

— Какой еще дуэньи, — удивляется Анна. — Человек наукой интересуется.

— Оно конечно, — подхватывает Зина. — Кавалер барышню на выставки приглашает исключительно из любви к науке.

— Феофан — кавалер знатный. Да только я не барышня для свиданий…

Зина не спешит соглашаться:

— А вот посмотрим завтрева. Коли припрется с цветами и при параде — стало быть, кавалер. А если с пустыми руками — стало быть, человек.

— Да ну тебя, — отмахивается Анна.

***

Феофан приходит с пастилой, чем совершенно запутывает Зину.