Развод. Все сжигаю дотла - Ария Тес Страница 140

— Это не имеет значения, Дан.

Он медленно поднимает глаза. А я все уже знаю… я на этом пути — гребаный мастер, достигнувший такого уровня просветления, о котором и мечтать сложно!

Я все знаю об этом пути.

Я знаю все. На собственной шкуре… это мой опыт, и я знаю, как все будет.

— Ты будешь искать причины в себе, потом это станет твоей манией. Ты начнешь думать, что ты недостаточно хорош собой, недостаточно умен, силен, недостаточно… Ты просто «недостаточно», и это начнет грызть тебя изнутри. В страхе потерять то, что осталось, тебе покажется, что попытаться уместить себя в рамки идеалов твоего партнера, это самое разумное решение, но по итогу... ты загонишь себя в тупик.

— Я никогда не просил тебя быть идеальной.

Усмехаюсь.

— Дан, почему я перестала рисовать?

Он открывает рот, чтобы ответить, но ему нечего сказать. Он не знает. Он никогда меня не спрашивал…

Смешок снова срывается с губ, и я пару раз киваю, опустив глаза.

— Тебя это раздражало. Я сильно погружалась в свою работу, и тебе это не нравилось. Поэтому после той истории, я приняла решения, что рисовать больше не буду.

— Я не…

— Не просил, я помню. И я тебя ни в чем не виню. Ты действительно не заставлял меня, этот выбор сделала я сама, но… хочешь знать, что я чувствую сейчас? На финале нашей истории?

Снова смотрю на мужа, а он даже не дышит. Я знаю. Сейчас он реагирует на слово «финал», и мне жаль… но это действительно конец нашей истории.

— Я себя за это презираю, — шепчу, продолжая смотреть ему в глаза, — И если бы я знала тогда то, что знаю сейчас… я бы не приняла тебя обратно. Некоторые события невозможно забыть, а когда некоторые границы пересекаются, назад дороги уже нет. С того момента, как я узнала о твоей измене, у нас не было будущего. Семь лет я пыталась, но… черт возьми, Дан, я всегда знала на подсознании, что между нами все закончилось. Я готовилась. Не осознавала до конца, а когда ты ушел подумать — осознала. Представляешь? Ведь это все… родной, это дорога в пустоту, где на пути одни сожаления, боль и вечные договоры с собой. Они не принесут радости, а только сделают тебя неуверенным в себе человеком. Ты будешь отказываться от того, что тебе дорого и кроить себя в угоду моим желаниям, что не принесет никакого удовлетворения. Поэтому… тяжело и сложно, Дан, я все понимаю, но… это единственный верный выбор. Наш брак закончен. Мы расстаемся.

— Ян…

— Нет, Дан. Мы расстаемся. Тебе сейчас страшно и больно. Я знаю это состояние, и я очень хорошо помню ту… нездоровую решимость, с которой я хотела сохранить наши отношения. Я помню каждый шаг навстречу тебе, и как сложно было их делать. Я этот путь слишком хорошо изучила, и… я не хочу, чтобы его изучил еще и ты. Не нужно. Нам обоим это не нужно. Когда тебя отпустит, ты поймешь, что я была права.

— А тебя отпустило? — хрипло спрашивает.

Черт…

Нет, это все-таки придется сказать вслух… Клянусь. Нет ничего хуже, чем «быть той самой женщиной»! Потому что у ничтожества нет власти и нет ответственности. А у «той самой женщины» ее слишком много. Делать кому-то больно — гораздо хуже, чем когда больно делают тебе.

— Да, — срывается с моих губ, — Я тебя больше не люблю.

Вот и все.

Слова срываются с губ и повисают в воздухе, пока нас окутывает глухая тишина. Дан смотрит на меня с надеждой на другой вердикт, а я как будто бы палач, который его изменить не в силах.