Птица, влюбленная в клетку - Рукие Идели Страница 143

— Пойдем, покончим раз и навсегда с этой больницей, – сказал он, но я осталась неподвижной.

Сейчас не праздник и не какое-то важное событие, так отчего Каран, на которого мы, между прочим, злимся, нас поцеловал?

Он смотрел на меня, прикусив нижнюю губу и ожидая, пока я пошевелюсь. Кажется, ему очень нравилось мое замешательство. Он довольно ухмылялся, сияя прямо как начищенный таз, если можно так выразиться.

Так почему же мне это нравилось?

Взяв со второго сиденья сумочку и цветы, я вышла из машины. Подойдя к Карану, я вопросительно приподняла брови.

— Что это ты меня целуешь? – огрызнулась я. Он неопределенно пожал плечами, походя на школьника. – Мы еще не помирились, ты в курсе? Что за поцелуи, что за замашки? Я тебя еще не простила! – добавила я в конце.

Он склонил голову.

— Верно, – пробормотал он. – Я забыл, что для поцелуев мы еще не так близки. Я немного не в себе в последнее время…

Он не скрывал, что подначивал меня. Каран смотрел на меня так, что я невольно оттаивала.

— Ладно, пойдем внутрь. У тебя уже нос начал краснеть.

Так как я была без пальто, то решила не растягивать этот разговор и последовала за ним следом.

— Я тебя не простила! – повторила я.

Он издал звук, похожий на смех.

— Ладно-ладно, не простила. Я и не утверждаю обратного.

Я покосилась на него и проворчала:

— Ты такой занудный.

— Может, только рядом с тобой, – ответил он, открывая передо мной дверь больницы, а потом добавил шепотом, когда я проходимо мимо него: – Я твой личный зануда.

У меня по коже невольно побежали мурашки. Как бы мне этого ни хотелось, я не могла оставаться равнодушной.

В такие моменты я чувствовала себя неловко и не понимала, куда деть руки от волнения. Когда Каран шел со мной рядом, он то и дело намеренно касался меня своим телом. А когда мы вошли в лифт, он, засунув руки в карманы, встал напротив и начал провоцировать своей харизматичной улыбкой. Терпеть такое, стоя вплотную в крошечном лифте, было просто невыносимо, поэтому я отвернулась от него, прижимая к груди букет. Однако я не учла, что за моей спиной в лифте висело зеркало.

Каран еще сильнее приблизился и начал разглядывать наши отражения. Он продолжал улыбаться, не своя с меня глаз. Я смотрела на него в ответ, стараясь не моргать.

Он наклонился к моему уху.

— Прими это, – прошептал Каран. Мое тело парализовало. – Что ты тоже чувствуешь, что рождена, чтобы быть со мной.

Мои зрачки расширились, когда он поцеловал меня в щеку.

— Не отрицай, что мы очень подходим друг другу.

Я не ответила. Просто не могла произнести ни слова. Потому что сердце, казалось, готово было пробить ребра и вырваться наружу. Дыхание сбилось, ладони вспотели. Моргнув, я увидела, как он, все еще стоя рядом, сделал глубокий вдох. В тот момент, когда я уже собралась открыть рот, его рука нашла мою ладонь, и он крепко ее сжал.

— Я знаю, ты меня не простила. – С этими словами он развернул меня к открывающимся дверям. В этот момент я совсем растерялась и даже не поняла, как мы дошли до палаты Альптекина. Но когда Каран уже собирался войти внутрь, я его остановила.

— Подожди! – произнесла я взволнованно. – Может, он сейчас занят. Или не готов с нами встретиться. – Я указала на стулья. – Давай немного тут посидим. Потом зайдем в палату. Что скажешь? – С этими словами я потянула его в сторону, но он не сдвинулся с места и как-то странно на меня посмотрел.