Ремонту не подлежит - Лорен Форсайт Страница 145

У меня перехватило дыхание. Я заглянула ему в глаза; мне отчаянно хотелось убедить Дилана, что я говорю правду.

— Ты для меня все. И неважно, что произойдет; даже если я снова все испорчу и попытаюсь исправить, а ты будешь снова притворяться идеальным… Я вижу тебя настоящего и люблю таким, какой ты есть. Это моя правда и ничего, кроме правды. И так было всегда.

Дилан моргал, стоя напротив и глядя на меня; на губах играла смутная улыбка, будто он не совсем понимал, что происходит.

— Дилан, скажи что-нибудь, – взмолилась я. – Хоть слово!

— Кажется, никто еще не устраивал мне такое романтическое мероприятие. – Он улыбнулся и потер глаза. Но когда убрал руку, они сияли. – Так и избаловаться можно.

Я шагнула ему навстречу.

— Я готова и дальше тебя баловать, – проговорила я.

Дилан покачал головой и посмотрел на небо, будто я не переставала его удивлять, потом обнял меня за талию и притянул к себе.

— Спроси меня, – сказал он. Его ярко-голубые глаза сияли, мы почти соприкасались носами.

Я улыбнулась, глубоко вздохнула и прошептала:

— Скажи мне правду и только правду, Дилан.

Он на миг закрыл глаза.

— Жаль, что не могу придумать более оригинальный ответ, но я люблю тебя. И любил всегда.

Я рассмеялась.

— По мне так довольно оригинально. А мы наконец поцелуемся?

Когда Дилан впервые меня поцеловал, мне было восемнадцать. Тот поцелуй был невинным, сладким и дружеским. Он провел большим пальцем по моей щеке, а его друзья вокруг шептались и хихикали.

Когда я поцеловала Дилана во второй раз, мне было тридцать три года. Наши друзья улюлюкали, незнакомцы хлопали в ладоши, а поцелуй был совсем не дружеским. Я гладила его волосы, чувствовала вкус улыбающихся губ и с облегчением вздыхала. Он прижал меня к себе и поцеловал, будто скрепляя обещание.

Я знала, что проблем не избежать. Мы будем спорить, чья очередь убирать щенячью рвоту, обижаться друг на друга, что забыли забронировать столик в шикарном ресторане, куда будем ходить раз в месяц. Однажды мы поспорим из-за того, кому вставать в шесть утра в субботу и везти детей на спортивную секцию, какой бы ужасный спорт они в итоге не выбрали. Мы будем опаздывать на рейсы, купив горящую путевку, проживать все муки начинающих предпринимателей и совершать глупости, потому что будем учиться жить. Но наши отношения не надо будет исправлять и улучшать. Потому что мы будем друг у друга. А наши друзья будут радоваться, горевать и смеяться вместе с нами. Мы станем жить в реальном мире без фильтров, где порой все идет наперекосяк. И в этом тоже есть своя прелесть.

Ведь страшно только в начале падения.

А после возникает чувство, что ты наконец дома.