Королевы и монстры. Шах - Джей Ти Джессинжер Страница 146

Я не особо религиозный человек, но в чудеса я верю. Есть множество вещей, которые совершенно нам не понятны, но они тем не менее обладают силой и способностью нами управлять. Это загадочные вещи. Чудесные вещи. Вещи небывалой красоты, которые общаются с душой напрямую.

Вещи, которые могут излечить в нас то, что было сломано слишком долго, и мы считали это утерянным навеки.

Лежа в этой теплой постели, в этой тихой комнате, с этим прекрасным мужчиной, я ощущаю чудо повсюду.

Деклан ворочается и вытягивает ноги. Его рука крепче сжимает мою талию. Его губы находят мой загривок, и он целует меня.

Тягучим со сна голосом он говорит:

— Храпите вы, верблюды, просто чудовищно.

Я начинаю смеяться.

— Это не смешно. Я практически глаз не сомкнул.

— Переживешь.

Я переворачиваюсь в его объятиях и улыбаюсь ему. Он возвращает улыбку и убирает мне волосы с лица.

— Доброе утро, – мурлычет он.

— И тебе доброе утро.

Устроившись на подушке поудобнее, Деклан медленно обводит взглядом все мое лицо. И удовлетворенно вздыхает.

— Слава богу, я не стал священником.

Я выгибаю бровь.

— Это был бы паршивый выбор карьеры, учитывая твою склонность стрелять в людей.

— На самом деле я чуть не стал. Я собирался получить степень магистра богословия, но вместо этого пошел в армию.

Удивленно гляжу на него, уверенная, что это шутка.

— Правда? Ты?

Он посмеивается.

— Ага. Я не всегда был таким каменным. Когда-то, давным-давно, я был практически романтиком.

На его лицо набегает туча.

— Но жизнь быстро разуверила меня во всех моих романтических представлениях.

Протягиваю руку и глажу его грубую щеку, инстинктивно понимая, что сейчас будет история. История, полная боли и потерь.

Мужчина с большой черной татуировкой «Аз воздам» на груди наверняка имеет тяжелый багаж за спиной.

Тыкая пальцем в небо, представляю, что могло случиться.

— Ты был влюблен?

Его губы кривятся. Это улыбка, но очень горькая.

— Если бы все было так просто. Нет, увело меня от Бога то, каким образом была убита моя семья. Их убили всех, по очереди, и никто так и не понес наказания. Никто из убийц не заплатил.

Его голос понижается.

— Пока я не решил заставить их заплатить. Тогда они расплатились сполна.

Я гляжу на него со страшно колотящимся сердцем. У меня все сжимается внутри.

— Кто убил твою семью?

В его молчании я слышу океан скорби.

— Тогда в Ирландии шли кровавые войны между бандами. Каждый день насилия становилось все больше. Мои родители погибли от шальных пуль во время перестрелки в кафе. Они отмечали годовщину свадьбы. Мой старший брат, Финн, погиб из-за взрыва в пабе. Младший брат, Маг, погиб из-за столкновения с фургоном членов ИРА, которые скрывались после ограбления банка. А сестра, Сесилия, была в ночном клубе, когда его подожгла банда, желавшая припугнуть его хозяина, чтобы он заплатил за крышу. Только это не сработало, потому что он тоже умер от удушья вместе с еще двадцатью тремя людьми, включая мою сестру. Двери забаррикадировали. Спасатели не успели приехать вовремя, чтобы вытащить всех.

Опускаю щеку ему на грудь, закрываю глаза и прижимаюсь. Я ничего не могу сказать, чтобы ему стало лучше, так что даже не пытаюсь.

— У меня не осталось ничего, в том числе и веры, так что я вступил в ВВС. Оттуда меня направили в Директорат военной разведки, ирландскую версию ЦРУ. И я научился убивать людей. Плохих людей. Угрожающих национальной безопасности и все в таком роде. Я делал это так хорошо, что меня постоянно повышали. А потом со мной связался духовник нашей семьи, который эмигрировал в США еще до гибели родителей. Сказал, что наслышан о моей репутации. Сказал, что не одобряет мой выбор, но обзавелся тут некоторыми связями, которые могут быть полезны.