Измена. Диагноз: 42, свободна и счастлива - Татьяна Тэя,Юлия Гордина Страница 15

— Ты обалдел? Я его раза два в жизни видела. Второй в полиции.

— Говори… сочиняй… все вы бабы, — сплёвывает, — твари изворотливые, — и сжимает мою руку крепче.

— Отпусти! — дёргаюсь. — Ты делаешь мне больно.

У меня ощущение, что он сейчас мне руку сломает. Так сильно сдавил.

— Делай, как я говорю, и отпущу.

— Не стану! А-а-а!

Его ладонь накрывает мне рот. И думаю, что мы в шаге от драки. Только какие у меня шансы против разозлённого Равиля? Нулевые. Во мне роста метр с кепкой, а он высокий и сильнее намного.

Я дёргаюсь, а Равиль повторяет, как заведённый:

— Тише… тише… да успокойся же ты, дура. Давай нормально поговорим. Ты мне должна… должна, Альбина. Я всю жизнь на тебя потратил.

Внутри меня поднимается паника. Взгляд Равиля полон злости, и я не знаю, что он собирается сделать дальше.

— Ты забыла, что я твой муж? Забыла? Ты забыла, у нас двое детей? Что ты мне всё портишь-то? Уж нормально разойтись не хочешь? Тише… тише… тебе надо всё исправить, тебе надо сказать…

Что сказать, я так и не узнаю, потому что Равиль резко меня отпускает.

На его плечо ложится ладонь Шубина. Второй он заламывает руку Равиля за спину и, словно тот преступник, наклоняет лицом в землю, отводя подальше.

— Руки убрал, паскуда, — твёрдо произносит Олег.

— Сам убрал, тварь! — сопротивляется Абашев.

Но Шубин без лишних слов бьёт Равиля под дых, и тот сгибается ещё сильнее. Видно, что Олег вышиб из его лёгких остатки воздуха.

Я стою в шоке, прикрыв рот ладонью и не зная, как реагировать на происходящее.

— Пожалуйста… — шепчу я, прошу сама не зная чего.

— Не смей приближаться к Альбине и руки свои распускать! — яростно говорит Шубин. — Проваливай, чтоб ноги твоей тут не было. Ещё раз рядом с домом увижу, получишь уголовку к делу о разводе. И уволят тебя по статье, а не по собственному. Я устрою, можешь не сомневаться, слизняк.

Олег отталкивает Абашева, тот часто дыша с ненавистью смотрит на нас.

— Попробуй… — шипит, глядя на Шубина.

— Не попробую, а сделаю, даже не сомневайся. Поехали, Альбина, у нас дел много.

Олег уводит меня и усаживает в машину. Меня потряхивает не по-детски.

Сердце колотиться, как бешеное, я на стрессе. Пытаюсь сквозь стекло разглядеть, куда делся Равиль, но тот уже ушёл, и ни черта не видно.

— Милая…

— Надеюсь, каждая наша встреча с Равилем не будет заканчиваться вот так…

— Надеюсь, вы с ним не будете видеться. Наедине, так точно.

Олег смотрит на меня с заботой, и, наклонившись, целует меня в лоб. Его прикосновение успокаивает, и я чувствую, как часть моего напряжения уходит.

— Ты под моей защитой. Я свою женщину в обиду не дам, — говорит он тихо, но уверенно.

Свою женщину… как легко он это произносит.

Я вскидываю голову, чтобы посмотреть на Олега и что-то сказать, но слова не идут. А потом уже и нет возможности, потому что его губы накрывают мой рот. Наши горячие дыхания перемешиваются, а страсть и желание вытесняют нежность, но не до конца.

Олег наклоняется, нависая надо мной, упираясь ладонью в дверцу машины, а я обвиваю его талию руками, ощущая под пальцами крепкие мускулы пресса и спины.

В голове мелькает, что он и без одежды, наверное, хорош. Сильный, подтянутый, решительный. Мужчина, которому хочется покориться. Защитник…

Не припомню, чтобы кто-нибудь, да тот же Равиль, хоть раз бросался вот так на мою защиту. Обычно сама отбивалась и от хамов, и от лающих собачек, как говорится.