Обольстительный пират - Минерва Спенсер Страница 151

Калитен отступал каждый раз, блокируя такие чудовищные удары, что Дафна поражалась, как лезвие его сабли не переломилось пополам.

Поединок на мечах закончился, превратившись в битву на уничтожение. Хью снова, снова и снова налетал на отступавшего спотыкаясь противника. Правая рука Калитена все сильнее тряслась, и его утомленное тело все медленнее откликалось на его волю, пока оглушительный удар не выбил саблю из онемевших пальцев. Он вскрикнул, развернулся и бросился к лачуге.

Но Хью был подобен карающему ангелу, когда бросился за ним. Он перехватил рукоять меча и ударил плашмя, так что широкое лезвие с оглушительным хрустом приложило Калитена по плечам и опрокинуло на землю.

Он закричал, упал на четвереньки, потом перекатился на спину и уперся лопатками в стену, закрыв голову руками.

— Давай! Прикончи меня, ублюдок! — Каждое его слово вырывалось со свистом между рваными вдохами. — Ты об этом мечтал пятнадцать чертовых лет! Чего ты ждешь?

Хью занес меч над головой, взявшись за рукоять обеими руками.

Дафна в ужасе открыла рот, но не смогла издать ни звука.

В отсветах факела массивный клинок казался пылающим. Он висел в воздухе целую вечность. Все молчали, никто не двигался и даже не дышал.

И тут руки Хью начали опускаться, и Дафна зажмурилась, но жуткого звука разрубленного пополам человеческого тела не последовало. Она приоткрыла глаза и увидела, что Хью стоит над поверженным врагом. Рука с мечом висела неподвижно, клинок снова стал холодной тусклой сталью.

— Пятнадцать лет я был убежден, что ты разрушил мою жизнь, и все эти годы единственным моим желанием было разыскать и убить тебя. — Он с отвращением покачал головой. — И пятнадцать лет я позволял тебе иметь надо мной власть, Эмиль.

Калитен поднял глаза, услышав свое имя, и были они чернее бездны ада.

Хью, глядя на него сверху как на грязь под ногами, продолжил:

— Я был глупцом — но с этим покончено. Смерть для тебя — слишком милосердное наказание, а для меня недостаточно. Ты торговал людским несчастьем и погубил тысячи жизней, но моя жизнь тебе не принадлежит.

Он отвернулся, и Дафна, безвольно прислонившись к огромному коню Хью, закрыла глаза, чтобы сдержать слезы. Слава богу…

Что-то теплое и бархатистое коснулось ее щеки, и, открыв глаза, Дафна увидела возле самого лица морду Пашц. Конь фыркнул и посмотрел на нее так, словно ему было скучно, словно хотел сказать, что такие истории приключаются с его хозяином постоянно, так что пусть привыкает. Его челюсти снова начали флегматично двигаться, уничтожая то ли яблоко, то ли морковку. Конь наслаждался вкусным угощением и не намерен был позволять человеческой глупости помешать этому.

Дафна утерла слезы и погладила бархатистую морду. Паша одобрительно фыркнул и для пущей убедительности стукнул огромным копытом.

— Ты правильно делаешь, что не волнуешься, — прошептала Дафна и повернулась к группе людей, сгрудившихся вокруг ее возлюбленного. — Впрочем, рядом с таким мужчиной волноваться не о чем. — Она поцеловала мощное животное в нос и направилась к его хозяину.

Мужчины расступились, пропуская ее.

Кемаль поклонился:

— Демонов больше нет.

Дафне ни к чему было спрашивать, о ком он говорит: она видела их своими глазами.

Она тронула Хью за плечо, страшась увидеть его лицо, но прежде всего заметила окровавленные порезы на лбу и груди.