Во власти чувств - Эмилия Вон Страница 154

Алессио превосходно готовил, особенно без футболки, демонстрируя свое рельефное тело, от которого невозможно было оторваться.

После завтрака мы принимали долгий совместный душ или же купались в озере, наслаждаясь пока еще теплой погодой и лучами летнего солнца.

Алессио перестал проводить много времени за ноутбуком, поэтому днем мы занимались совместными делами: он учил меня самообороне и стрельбе, мы вместе рисовали, гуляли по лесу, изучая местность, читали. Он – классику, я – современные любовные романы.

Мужчина ворчал, что мои книги ничему не учат и это лишь клише с порно, но я усердно убеждала его в обратном. Иногда Алессио просто слушал, как я читаю ему своих любимых авторов, лежа на траве или в нашей постели. Все это время он, поглаживая, выводил замысловатые узоры на моей коже. Он прикасался ко мне всякий раз, когда была такая возможность, и я не жаловалась. Мне это нравилось. Его поцелуи, как свежий воздух, наполняли меня жизнью.

По вечерам мы смотрели фильмы, пробовали печь или готовили ужин – точнее, я крала его ингредиенты, пока он отворачивался. Порой Алессио делал это чаще чем необходимо или без какой-либо надобности – лишний раз тянулся за тарелкой или открывал холодильник просто потому, что ему нравилось наказывать меня за такие шалости шлепком по заднице. Я никогда бы не подумала, что это может вызывать приятные ощущения, но это определенно было так.

Алессио бывал милым и нежным со мной во время секса, но его дикая и животная сторона, как ни странно, будила внутри что-то потаенное, знакомя со страстной и сексуальной частью меня, и мне это нравилось. Он словно клеймил меня своими шлепками и укусами, оставляя на теле едва приметные следы, – помечая меня.

Он стал чаще называть меня своей, особенно во время секса, когда все эмоции на грани взрыва и тебе сложнее контролировать то, что идет от сердца. Его «моя» звучало как обещание, как молитва, которая доходила до глубин моей души.

С каждым проведенным днем вместе мы превращали нашу жизнь в рутину, но теплую и приятную. Я все чаще видела Алессио настоящим: без стен и масок – и это не могло не влиять на меня. Я будто раскрывалась и менялась вместе с ним, и такую себя я полюбила: свободную и беззаботную, без идеальной укладки и модной одежды, в гармонии с собой, веселую и счастливую. Я по-настоящему быласчастлива.

Именно так я ощущала себя рядом с ним, несмотря на потерю и боль в груди, которая все еще жила внутри. Но мне больше не снились кошмары, потому что крепкие объятия Алессио защищали даже во сне. Я также перестала чувствовать вину, его тихие слова утешения дарили покой и заставляли ощущать себя желанной и любимой.

Я видела это по его глазам. То, с какой теплотой Алессио смотрел на меня, как папа всегда смотрел на маму, как нежно и аккуратно прикасался ко мне и как чувственно занимался со мной любовью – все это кричало о его чувствах вместо слов, которые он еще не произнес, но все это делало меня живой и цельной, как будто я переродилась в его руках. Так не это ли является точным признаком любви? Когда человек помогает тебе стать лучше, но при этом сохранить себя? Он не пытается что-то изменить или перенастроить, он принимает тебя со всеми твоими изъянами, превращая их в любимые украшения на твоем теле, в твоей душе и твоем сердце.