Запретная близость - Айя Субботина Страница 162

Он отодвигает меня на вытянутых руках, наклоняется, чтобы наши глаза были на одном уровне — и смотрит. Смотрит с такой невыносимой любовью и удушающей заботой, что я начинаю чувствовать себя приговоренной к мягкой смерти. Через удушение — шелковой петлей, которую мой муж затягивает медленно и с милой улыбкой.

Я в ловушке.

Я не могу сказать «нет». Какая причина? «Я не хочу в СПА и не хочу спасать наш брак»? «Я хочу остаться дома и смотреть в стену»? Боже, даже в моей голове это звучит как бред сумасшедшего.

Скажи ему, Сола. Открой рот и признайся, что спасать уже нечего, что ты сказала: «Я люблю тебя» другому мужчине.

— Ты самый дорогой для меня человек, Сола. Я даже представить не могу, что… — Что именно он не может представить, отлично видно по гримасе страдания, которая перекашивает его лицо почти до неузнаваемости. Он снова прижимает меня к себе, на этот раз так сильно, что выжимает из моих легких последние капли воздуха. — Прости, если я где-то что-то упустил. Я все исправлю.

Кажется, если я сейчас признаюсь, что люблю другого или даже просто скажу, что хочу развод — муж истечет кровью прямо у меня на глазах.

— Серёж… — выдавливаю из себя, ворочаясь, чтобы избавиться от его слишком сильной хватки, но даже Гудини было проще выбраться из цепей, чес мне — из рук решившего спасать наш брак мужа. — Ты мне сейчас ребра сломаешь, Серёж…

Он стремительно разжимает руки, извиняется с виноватым видом того юного парня, который с точно таким же видом десять лет назад стоял на пороге моего дома и отчитывался перед моей матерью, кто такой.

Мои губы растягиваются в резиновую гримасу, которую он, к счастью, принимает за улыбку.

— Все, бегом собираться! — воспрянув духом, бросает взгляд на часы и пару раз хлопает в ладони, поторапливая. — Выезд через полчаса! Я хочу успеть к обеду!

Я иду в спальню, чувствуя, как на ходу отказывают мышцы нижней части тела — правая нога почти не сгибается в колене, чувствую себя циркулем, который ненадолго обрел волю. Прикрываю дверь, заглядываю в гардеробную и отчаянно цепляюсь пальцами в полку, чтобы не свалиться кулем.

Перед глазами все плывет.

А сердце как будто перестает биться — вдруг становится так тихо, что приходится прислушаться, бьется ли оно вообще, потому что на мгновение это ощущается как смерть.

Руслан уже едет. Он до сих пор думает, что я тоже скоро буду.

Господи.

Дрожащими пальцами достаю телефон, естественно, роняю его на пол. Сажусь на корточки и что есть силы втягиваю губы в рот, чтобы не всхлипывать как девчонка, которую посадили под домашний арест за плохое поведение.

Пальцы бегают по клавиатуре, делаю миллионы ошибок в словах из пяти букв: «Руслан, прости, ничего не получится — Сергей везет меня…»

Я замираю, вовремя сообразив, что собиралась написать «… везет меня в СПА на целые выходные».

Это звучит как издевательство. Как плевок в лицо.

Удаляю, пытаюсь сочинить что-то на ходу — про острую зубную боль, про дождик в четверг (в субботу), но ничего этого не пишу — врать ему я не стану. Ни за что на свете.

— Тебе помочь? — голос Сергея так резко оказывается рядом, что я, дернувшись, чтобы распрямиться, тараню его макушкой в подбородок.

Он громко охает, а потом начинает заливисто смеяться.

А мне хочется плакать, потому что его веселье звучит как издевательская песенка на моих поминках.