Барби на полставки. Я (не) робот босс - Евгения Кец,Екатерина Баженова Страница 17

— Значит, этим и займёмся.

Ледяная жидкость обливает нас с головы до ног. Я вздрагиваю, едва сдерживая визг, и машинально отряхиваюсь.

— Ой, — Константин притворно хмурится. — Кажется, у тебя снова протечка.

— Моя система исправна, — бормочу, чувствуя, как мокрая ткань корсета прилипает к коже.

— Почему ты вздрогнула?

— Это… имитация рефлексов, — говорю я по указке брата.

— Рефлексов? — Константин прищуривается. — А почему тогда ты дрожишь?

— Вибрация… системы выталкивания воды, — врать становится всё сложнее.

— Как в часах? — Яровой протягивает мне полотенце. — Вытрись. А то замкнёт ещё.

Я беру полотенце, но руки трясутся так, что оно падает на пол. Константин поднимает его и неожиданно проводит им по моей щеке.

— Мне нравится, как ты… глючишь, — его голос звучит мягко, почти нежно. — Как живая.

«Он знает. Точно знает», — мелькает мысль, но я гоню её прочь.

— Это комплимент? — спрашиваю, стараясь сохранить механический тон. — Я не понимаю вашего запроса.

Смотрю прямо перед собой и вижу, что вся грудь Константина покрыта мурашками. Только сейчас осознаю, что он облил не только меня, но и себя.

И зачем он это сделал? Мой взгляд снова безудержно гуляет по рельефу его мышц.

— Зависит от того, как ты его воспримешь, — он отступает, оставляя меня в одиночестве с бешено колотящимся сердцем.

— Я не понимаю вашего запроса, — это всё, что приходит мне в голову.

— Почему ты стала светиться? — шеф указывает на новшество от Димы с Сёмой.

— Так пользователю легче распознавать мои программы.

— И почему тогда ты сейчас снова красная? — пальцы Ярового проскальзывают по моему лицу.

— Критическая ошибка. Я не понимаю ваших запросов. Сбой системы.

Говорю это, а про себя думаю, что это сбой, только не системы, а моих чувств. Я и подумать не могла, что на меня так повлияет вид полуголого шефа.

— Давай ненадолго вернём тебя в твою коробку.

Вернувшись в «саркофаг», я шиплю в микрофон, как только Константин закрывает крышку:

— Сёма, если будет ещё один тест — я всё расскажу!

— Терпи, — умоляет брат. — Он уже почти поверил, что ты Ева!

— Поверил?! Он играет со мной, как кот с мышкой! Разве ты не видишь? Твой фокус его не убедил.

— Зато завтра будет проще, — вступает Дима. — Мы добавили в костюм вентиляторы.

— Вентиляторы? — переспрашиваю я. — Чтобы я светилась, как ёлка, И гудела, как холодильник?

— Ну… да, — Дима смущённо хихикает. — Так у Ярового не будет причин не верить в твои функции. Вентиляторы можно будет даже показать.

Показать?

Да эти два гения — самые большие идиоты, которых я только знаю. Они думают, я позволю Константину Эдуардовичу осматривать себя?

Замечаю, что шеф подходит к саркофагу, и замолкаю. Он задерживается около меня:

— Спокойной ночи, Ева, — говорит Яровой, и его пальцы скользят по стеклу. — И передай своей… даже не знаю, своему двойнику, — он усмехается, — что завтра будет интересно.

«Он знает», — повторяю я про себя, пока начальник увозит меня из дома. ЛЕД-подсветка мерцает синим — цвет то ли надежды, то ли безнадёжности.

Неужели Яровой решил устроить стресс-тесты нам с Евой одновременно?