Девочка бандита - Дана Блэк,Ая Кучер Страница 184

— Вот, смотри, как я делаю, — показала. И улыбнулась собственным мыслям.

Если бы мне кто-то раньше сказал, что я стрелять научусь не хуже мужа. И буду учить этому сына — не поверила бы.

Но вот мы с Никитой ходим в тир каждые выходные. И мне нравится, с каким восхищением он следит за мной, когда я выбиваю все цели. Он мной гордится. Не меньше, чем Нилом.

— Прицелился? — спросила и опустила желтые заглушки ему на уши. — Никита, ну не жмурься, не попадешь ведь.

Сын широко раскрыл глаза.

— Давай, — дала отмашку.

Бах. Бах. Бах. Сощурилась. В молоко.

— Ну ничего, — потрепала по волосам расстроенного Никиту. — Ты ведь только учишься. Уже держишь оружие одной рукой. А дальше начнешь попадать.

— Правда? — переспросил он недоверчиво.

— Конечно.

И я не вру. С такими генами, как у Хаза — даже сомнений нет. Единственное — надо ли вообще учить ребенка стрелять.

Я долго об этом думала и поняла, что надо. Смирилась с ролью жены человека, который одним своим именем дрожь наводит. Я его жизнь приняла, захотела стать ее частью, и не просто как любимая женщина. А как надёжный друг.

Потом сама не заметила, как увлеклась стрельбой. И свыклась с мыслью, что Хаз теперь живёт по другим документам.

Для меня он был и останется Нилом Хазовым, тем мужчиной, в которого я с первого взгляда влюбилась.

— Папа когда приедет? — спросил Никита, едва мы вышли из тира.

— Так, — взглянула на часы и махнула рукой в сторону парка. — Сейчас поедим мороженого. И как раз дождемся его.

Никита мороженое любит. Хотя, при Ниле стесняется признаваться, что сладкоежка. Он в рот отцу заглядывает, во всем с него берет пример.

А у Нила строгая диета, он себе вкусности позволяет только по праздникам. У него тренировки. Он даже курить бросил, на годовщину его здорового образа жизни я сюрприз готовила и три часа ходила по магазинам, выбирая белье.

А после была такая ночь, что до сих пор вспоминая, краснею.

— Нам в школе задали составить древо, — болтает Никита, поедая мороженое.

— Генеалогическое? Спросишь сегодня у дедушки.

— Угу, — он ест и жмурится на солнышке от счастья, а я им налюбоваться не могу.

Вылитый Нил. Такой же красивый. Вырастет, и вскружит голову любой.

— А бабушка сегодня что приготовит?

— Твой любимый пирог, — спрятала улыбку.

Сегодня наша с Нилом годовщина. И родители закатили пир. Фирменный мамин пирог любят и Нил, и Никита, а мама хоть и делает вид, что для внука старается — всегда с удовольствием следит, как мой муж поедает ее стряпню.

Из парка вышли к остановке, но на лавочку сесть не успели — рядом почти сразу затормозила машина мужа. Хаз опустил стекло.

Никита его не заметил, он за голубями наблюдает, что обедают шелухой от семечек возле урны.

А я стою и смотрю.

Наша разница в возрасте раньше меня не волновала, а теперь, спустя столько лет я начала всерьез беспокоиться. Потому, что годы — они его сделали еще сексуальнее. Один взгляд на этого мужчину за рулём — и у меня дух захватывает, он просто дьявол, от него такая энергетика прёт, что я не могу оторваться.

И дико ревную, когда на него смотрят другие женщины, ведь он мой.

— О чем задумалась? — спросил он, придвинувшись к окну, и у меня мурашки побежали от его голоса, от интонаций.

— О, папа, — повернулся Никита и двинулся к машине. — А мы были в тире.