Поэма о Шанъян. Том 1–2 - Мэй Юйчжэ Страница 186

Слова его были подобны выпавшему на голову снегу. Верно. Мой отец такой. С такими амбициями. Для такого человека личные чувства не имеют никакого значения. Чтобы добиться желаемого, ему пришлось от многого отказаться. И я, и мой брат были вынуждены идти по пути, откуда нет дороги назад. И власть над этой дорогой всегда будет в руках нашего отца.

Выдержав паузу, я не сдержалась и спросила:

— Ты правда хотел жениться на сао-сао?

— Да, – решительно ответил он.

Вот только я не поверила ему.

— Разве отец не выдал ее за тебя специально просто потому, что его волновала военная власть, сосредоточенная в руках рода Хуань?

Или, как считала матушка, что отец заставил невесту Цзылюя выйти замуж за моего брата, чтобы пригрозить императорскому дому и выразить свое презрение. Слишком сложно в это поверить… Конечно, род Хуань не шел ни в какое сравнение с родом Ван, но главнокомандующий Хуань располагал большим войском в Цзяннани.

Старший брат какое-то время молчал. Затем спокойно сказал:

— Конечно, отца интересовала военная мощь Хуаня, но он ни к чему меня не принуждал… Жениться на Хуань Ми – мое собственное желание.

Я прикусила язык. Стоило только подумать о том, что брат бросил Хуань Ми одну, о том, что моя сао-сао была настолько подавлена, о ее скоропостижной смерти… После этого весь ее род пришел в упадок. В такие моменты я чувствовала себя такой беспомощной…

Брат долгое время молчал – он словно витал в облаках… словно вернулся в те дни. Больше о старых обидах мы не говорили… Под ногами журчал ручеек, иногда мимо пролетали птицы, бесшумно падали листья. Все обиды остались в прошлом. Впереди нас ждали новые взлеты и падения.

— Нужно ехать, матушка нас уже заждалась, – улыбнулась я и взяла брата за руку.

Из столицы мы выехали достаточно рано и даже не заметили, как начало смеркаться.

Слуги продолжали ждать нас возле повозки и не смели идти за нами – чтобы не отвлекать. Когда мы уже собрались тронуться в путь, вдруг услышали конский топот – кто-то спешил с казенного тракта. Когда мы увидели, кто к нам так спешил, сначала напряглись, потом переглянулись и улыбнулись. Нас не было слишком долго, и никого домой не посылали с посланием, что у нас все хорошо. Отец запереживал и поэтому решил отправиться на наши поиски. Когда он спросил нас, почему мы до сих пор не поднялись в гору, мы снова переглянулись, но не нашли, что сказать. Отец пристально посмотрел на меня, и я в отчаянии выпалила:

— Гэгэ отвел меня на берег горной речки, и мы заигрались…

Брат не смог ничего сказать в свое оправдание, он лишь горько усмехнулся.

— Чушь! – Отец взглянул на брата, но не рассердился. Нахмурившись, он сказал: – Мать вас небось заждалась.

Мы с братом переглянулись и сразу все поняли – заждалась нас не мать, а отец.

— Я замерзла у воды, и у меня разболелась голова. – Я надула губы и продолжила: – Раз отец решил приехать за нами, на гору мы не поедем. Гэгэ, поехали домой.

Не дожидаясь ответа отца, я покачала головой, совершенно бесцеремонно запрыгнула на коня одного из стражников и поехала прочь. Брат же, проигнорировав пристальный взгляд отца, подхлестнул лошадь и быстро нагнал меня.

— Очевидно, что он ждет возвращения матери, но не говорит об этом! Я никак понять не могу – с чего он так упрям? – Я тяжело вздохнула.