Мой сводный Амир. Я тебя укрощу, сестрёнка! - Алекс Стар Страница 19

— Боже… ты просто идеальная.

Его большой палец проводит по соску, и он тут же напрягается, становясь твердым и чувствительным. Я вскрикиваю от нового, острого ощущения. Он наклоняется и губами обхватывает его, и я чуть не взрываюсь от этого жгучего прикосновения его языка.

Он сосет, покусывает его слегка, и волны жара растекаются от моей груди прямо в низ живота, превращаясь в пульсирующую, влажную пустоту.

Я не знаю, что делать с руками, с ногами. Я просто лежу и позволяю ему делать со мной все, что он хочет.

И он это делает. Его руки скользят по моим бокам, к бедрам, срывают с меня последнюю преграду — штанишки и узкие кружевные трусики. Я остаюсь полностью обнаженной перед ним, под его тяжелым, голодным взглядом. Мне стыдно, но этот стыд только подливает масла в огонь.

— Не прячься, — приказывает он, убирая мою руку, которая инстинктивно потянулась прикрыться. — Я хочу видеть тебя. Всю.

Он опускается между моих ног, и я чувствую его горячее дыхание на самой интимной части себя. Я пытаюсь сомкнуть бедра от стыда и страха, но он мягко, но твердо раздвигает их.

— Доверься мне. Я не сделаю тебе больно.

Его слова растворяются в поцелуе, который он оставляет на внутренней поверхности моего бедра. А потом… потом его язык касается меня там.

Вонзается сладким искушением между моих припухших розовых губок.

Я издаю звук, среднее между стоном и плачем. Это так… так стыдно. Так жарко. Его язык мягкий, настойчивый. Он не просто лижет, он исследует, находит самую чувствительную точку и задерживается на ней, и мир взрывается белым светом. Я впиваюсь пальцами в простыню, дугой изгибаясь на кровати. Никто и никогда не трогал меня там до этого. Я не знала, что это может быть так.

Амир продолжает, и его пальцы присоединяются к языку. Один палец осторожно скользит внутрь, на самой кончик, и я вся резко напрягаюсь от неожиданности.

— Расслабься, малышка, — он шепчет, не прекращая своей работы языком. — Я просто готовлю тебя. Ты такая тугая… Такая тесная…

Он медленно, миллиметр за миллиметром, вводит палец внутрь меня. Появляется легкое чувство растяжения, но боли нет. Только нарастающее, невыносимое давление. Его язык кружит вокруг клитора, и я уже не могу сдерживать стоны. Они рвутся из моей груди громко, бесконтрольно.

— Амир… я не могу… я сейчас…

Он смотрит на меня снизу, его глаза во тьме горят темным огнем.

— Кончай, малышка. Я хочу это почувствовать.

Его слова становятся последней каплей. Мое тело вздрагивает в мощном, волнообразном оргазме, который смывает все — и страх, и стыд, и мысли. Я кричу, закусывая нижнюю губку, чтобы не было слышно, и мое тело бьется в конвульсиях наслаждения под его умелыми губами и языком.

Когда волны наконец отступают, я лежу полностью разбитая, мокрая от пота и собственных липких соков. Он поднимается надо мной, его лицо влажное, его глаза подернуты туманом страсти.

Амир стягивает с себя футболку, и в лунном свете, пробивающемся сквозь шторы, я вижу его торс — рельефный, покрытый темными густыми волосами.

Он так прекрасен, как грешный ангел.

Мой грязный желанный ангел.

Мой сводный нависает надо мной, его твердый, горячий член упирается прямо в мою мокрую киску. Я все еще дрожу от пережитого оргазма. Он смотрит мне в глаза.

— Теперь я хочу быть внутри тебя. Это будет больно. Но только в первый миг. Обещаю. Доверяешь мне?