Птица, лишенная голоса - Рукие Идели Страница 193

— В чем дело, Йигит? – спросила я, пытаясь отрегулировать сиденье.

И как только Каран ездит на машине, если его сиденье так далеко?

— Ничего, ничего, – сказал он быстро и посмотрел куда-то позади себя. Когда я наконец разобралась с сиденьем и хотела закрыть дверь, горный медведь Каран помешал мне, придержав ее и заглянув внутрь.

— Все в порядке, маленькая госпожа? Куда ты собралась? – спросил он.

Я улыбнулась, но эта улыбка была полна раздражения.

— Да вот, решила подработать таксистом… Известно, что из пасти горного медведя не вытащить добычу, так что… – сказала я, и на лице Карана появилось любопытство. – Давай садись и поедем, – закончила я без лишних церемоний.

Мы встретились взглядами с Арифом, который стоял позади него. И почему он так ухмылялся?

— Ля-я-яль, – протянул Каран. – Твои водительские права годятся только для автомобилей с автоматической коробкой передач. А здесь механика.

Считаю преступлением, что он знал о нас даже это. Предлагаю подать на него жалобу в суд по правам человека.

— Ты можешь выйти, пожалуйста? – попросил он вежливо.

Самая первая машина Ясина была с механической коробкой передач, поэтому я знала, как ею управлять, хоть в правах у меня и было написано по-другому. В свое время Ясин Гёркем научил меня всему, чему только мог. Я поблагодарила его про себя, но решила солгать Карану.

А я уже начал беспокоиться, где пропадает твоя дьявольская сторона личности!

— Кара-а-ан, – передразнила я. – Неужели ты мне не доверяешь?

Он посмотрел на меня внимательно и помотал головой из стороны в сторону. Я поморщилась.

— Если не хочешь верить, не верь! Тогда поеду с открытой дверью, – произнесла я и завела машину.

Моя нога уже коснулась педали, когда он схватил меня за руку, пытаясь остановить.

— Не смеши! Я что, сам с собой разговариваю? Я к тебе обращаюсь!

Я не могла двигаться, потому что он все еще держал мою руку, и мне хотелось прямо сейчас со всей силы врезать по его прекрасному лицу.

— Ты можешь выйти, пожалуйста? – повторил он, на этот раз не так вежливо.

— Ты можешь сесть, пожалуйста? Потому что я точно не выйду! Давай же!

Если бы ты с самого начала призналась, что умеешь водить, то ничего бы и не было. Но нет, тебе надо сначала вывести его из себя.

Он с шумом выдохнул через нос.

— Обернись! – вдруг крикнул он, и я повернулась, застыв на месте. Нас что, сейчас зарежут?

Нет, скорее сразу казнят.

А тем временем Каран одним движением подхватил меня с кресла и вместе со мной сел на водительское сиденье. Мне больше ничего не оставалось, как обхватить его за шею.

— Почему ты такая упрямая? Тебе что, совсем наплевать на свою жизнь? – спросил он, и я подумала, как может человек спрашивать такое и не быть серьезным? Казалось, ему доставляло удовольствие, что теперь я практически сидела у него на коленях.

— Нет, я сделала это со злым умыслом.

Он широко улыбнулся:

— Ты беспощадная.

Его голос, прозвучавший совсем рядом с моим ухом, вызвал легкую дрожь по телу. Я задержала дыхание, ощущая, как его теплая рука обхватила мои ноги.

— Ты… Ты совсем меня не жалеешь, – прошептал он.

— О, Аллах, – сглотнув, пробурчала я себе под нос.

Я старалась не показывать, как сильно была сейчас взволнована.

— Почему я должна тебя жалеть? Ты что, жалкий?

Нет, ты не могла такое сказать! Нет! Каран сейчас выкинет тебя из машины. Нам еще хочется пожить.