Поэма о Шанъян. Том 1–2 - Мэй Юйчжэ Страница 196

Поначалу я не позволяла им отходить от меня, но теперь они защищали тетю. После того как в императорских покоях провели чистку, я оставила их во дворце, и они больше не прислуживали мне в резиденции. Многих пожилых слуг выслали из дворца, а на их место набрали новых людей. Мои подчиненные служанки смешались с новыми, поэтому тетя даже не заметила подвоха. Они дали мне слово, что, за исключением чрезвычайной ситуации, они не раскроют себя. Также им необязательно подчиняться чужим приказам, кроме моих.

Я не могла сама себе ответить на вопрос: с каких пор я начала опасаться собственной тети? Быть может, потому что я постоянно становилась жертвой ее идей или потому, что я всегда вела себя с ней настороженно, а может, потому что я по природе своей очень недоверчивая.

— Подчиненный прибыл с задержкой, ванфэй напугана! – Пан Гуй ворвался во дворец со своими людьми. – Кавалерия Юйчжан-вана задержала солдат снаружи! Ван-е и его высочество наследный принц покинули Восточный дворец!

Посмотрев на него, я спросила дрожащим голосом:

— Где канцлер?..

— Канцлер в целости и сохранности. Господин Ван Су временно принял на себя командование императорской гвардией. Генерал Ху получил приказ охранять императорский дворец. Он не ступил во дворец ни на полшага.

Понизив голос, он мягко, с приятным удивлением в голосе, добавил:

— Ванфэй, не волнуйтесь, ван-е воспользовался пожаром и обратил против врага его собственный план, поэтому никто не пострадал. В столице воцарилось спокойствие!

Последние два слова – лучшая музыка, которая слаще благовестия Будды. Мир перед глазами постепенно перестал кружиться, я начала чувствовать под ногами твердую почву и только теперь поняла, что вспотела так сильно, что мое платье промокло насквозь и холод пронизывал меня до костей. Кто-то подошел ко мне и, поддерживая под руку, помог сесть на стул. Стоило мне сделать шаг, как я словно наступила в пустоту и мир перед глазами вновь закружился. Служанка тут же перепугалась и закричала:

— Ванфэй! – Голос ее дрожал от страха. – Кто-нибудь! Сюда!

У меня снова закружилась голова. Когда я опомнилась, то поняла, что служанки опять подняли шум по пустяку.

К счастью, отец не повел войска в императорский дворец и не поднял безрассудное восстание. Если бы столичная императорская гвардия столкнулась с отважными людьми Ху Гуанле, обе стороны понесли бы необратимые потери. Тетя думала, что смогла организовать превосходную западню и любезно предложила путь в котел [224]. Вот только в ее котел попал не Сяо Ци, а она сама. Я отчасти понимала, почему тетя пошла на все это. Если бы она собственными глазами увидела сына, которого так любит и бережет, стоящего рядом с Сяо Ци и сияющего от радости, – сложно представить, что бы она почувствовала в этот момент.

Поджог Восточного дворца – не более чем отвлекающий маневр, вот только дворец Люли сгорел дотла. Тем не менее Юйчжан-ван одержал победу в обороне Восточного дворца и заслуженно усмирил бунт железом и кровью.

— Ванфэй во дворце? – раздался издалека голос Сяо Ци. Он звучал не так спокойно, как обычно, я слышала в нем тревогу. Я испугалась, что он увидит меня в таком виде, и попросила служанку быстрее помочь мне встать.

Но стоило мне встать на ноги, как тело пронзила ужасная боль, а по ногам хлынул жар… Я мягко опустилась обратно на стул – у служанки не хватило сил удержать меня на ногах… Мучительная боль раздирала меня на части. Стараясь стерпеть боль, я прикусила губу, но жар продолжал стекать по ногам. Что происходит?! Я опустила голову, трясущейся рукой приподняла юбку, по ногам стекали струйки крови.