Конгруэнт - Вероника Десмонд Страница 2

«ГДЕ ТЕБЯ НОСИТ? ПЕРЕЗВОНИ МНЕ!»

…Разве твое сердце бьется?

Я чувствую, как начинаю неконтролируемо дрожать, и вслушиваюсь в голос ведущего, прервавшегося на прогноз, дорожные сводки и новости.

— …В Лондоне сегодня ожидается прохладная и пасмурная погода, температура воздуха составит около 50°F[3]. Возможны легкие дожди, сопровождаемые порывистым ветром со скоростью до 15 миль в час… Пропал без вести министр…

Я тут же заглушаю звук.

Каждый мускул в теле напрягается, пикап самопроизвольно замедляет ход.

Сзади сигналят машины – и я вынуждена свернуть на обочину, чтобы не попасть в аварию. Открыв дверь, я вылетаю на улицу, а затем сгибаюсь пополам от резкого приступа рвоты.

Сигарета выпадает из пальцев и тлеет на асфальте, пока дождь не гасит ее.

Я промокаю насквозь за считаные секунды. Под напором дождя мне трудно дышать. В горле застревает крик, который так и не вырывается наружу.

Черт, что я делаю? Мне нужно пройти через это.

Ради Лукаса.

Ради Мириам.

Я выпрямляюсь, вытирая рот тыльной стороной ладони. Ливень хлещет по лицу, стараясь смыть грязь, которую я копила в себе годами. Но это невозможно.

Грехи и демоны окружили меня плотной липкой оболочкой. Они не смываются, не уходят. Они истошно кричат, забирая с собой чужой голос.

Я сажусь обратно в машину, захлопываю дверь.

В салоне воцаряется тишина, прежде чем снова включается радио:

— …Последний раз его видели в субботу вечером в центре Лондона. Полиция начала расследование и ведет поиски. Правительство призывает граждан сообщать любую информацию, которая может помочь в розыске.

Ногти впиваются в ладони, тонкая ткань черного платья противно прилипает к коже.

Я включаю фары, мигающий поворотник отмеряет секунды: тик-так, тик-так, тик-так, как прогнившее сердце, сбившееся с ритма.

Не знаю, но почему-то мне казалось, мне хотелось думать, что это просто сон.

Кошмар, после которого вы просыпаетесь в холодном поту и больше не можете заснуть.

Я смотрю на дрожащие руки, покрытые густой алой кровью, – она капает на колени и пачкает ботинки.

Я смеюсь и бесконечно повторяю себе: это нереально.

Этого не существует.

Через полтора часа, пролетевших как одно мгновение, я приезжаю на кладбище «Кенсал Грин», расположенное в районе Хаммерсмит и Фулхэм.

Официальное название: Кладбище всех душ. Оно было создано 1883 и вдохновлено парижским кладбищем Пер-Лашез.

Я лениво ищу место сбора, разглядывая готические памятники и чувствуя, как знакомый запах наполняет легкие. Острая скорбь пронзает грудь со всей силой.

Я не была здесь с тех пор, как умерли мои родители.

Здесь похоронены многие выдающиеся люди, включая художников, ученых, политиков, бизнесменов и членов королевской семьи.

Мы утратили свое наследие, но сохранили помпезное место для смерти.

Полностью в духе Ашборнов.

Первой умерла мама, и единственные слова, которые сказал отец, оплакивая ее возле могилы, навсегда запечатлелись в моей памяти:

«Ад пуст, и все дьяволы сюда слетелись»[4].

Шекспир окружал меня всю мою жизнь, и возможно, поэтому прошлое превратилось в трагедию.

Когда я вхожу в церковь, всхлипы и шепот разносятся по всему пространству. Я не смотрю по сторонам, никому не отвечаю, только сажусь на свое место, пытаясь отключить мозг на ближайшее время.