Любимый злодей - Д. С. Одесса Страница 20

Вот почему моя одержимость остается тайной. И по той же причине я не расскажу Нурии, кто я такой и чем зарабатываю на жизнь.

Работу в Австралии, для которой нас наняли родители пропавшей дочери, можно выполнить всего за неделю. Впрочем, иногда дела о пропавших людях оказываются куда сложнее, чем представлялось вначале. И все же по большей части пропавших или сбежавших девушек удается найти у друзей, где они прятались от своих семей. В некоторых случаях поводом служит давление со стороны родственников, ссоры или, что хуже всего, сексуальные домогательства или домашнее насилие. Многие пропавшие не хотят, чтобы их искали, а стремятся начать новую жизнь.

Однако изредка мы сталкиваемся с более загадочными историями, которые практически невозможно раскрыть. Когда люди исчезают бесследно, а последние сведения указывают на то, что они стали жертвами преступников. Подобные дела, как правило, вести довольно сложно.

Но с Нурией все обстояло иначе. Клиент хотел найти ее во что бы то ни стало, и разыскать ее не составило труда. Время от времени, в зависимости от хода расследования, я решаю, стоит ли передавать клиентам всю информацию. Если дети или подростки обоснованно сбежали из неблагополучной семьи и обретают лучшую жизнь вдали от родных, я сообщаю нанимателям, что вынужден прекратить розыск из-за отсутствия зацепок.

Заказчика поисков Нурии я пока заставляю ждать, потому что никак не могу разобраться в истинных намерениях человека, который ее разыскивает. Зачем он ищет Нурию? Пока я это не выясню, не дам клиенту никакой информации о моей розе.

— Это был вопрос, –  выводит меня из задумчивости Квест.

— Что?

— Почему у тебя уже давно не было женщины? –  Друг выжидающе смотрит на меня, как будто действительно надеется на ответ.

Я поджимаю уголки рта, хватаю его за воротник рубашки и резко дергаю на себя.

— Не твое дело, Квест. Я не трахаюсь с женщинами направо и налево только ради сиюминутного удовольствия.

Квест сжимает мое запястье и ловко его выкручивает, в результате чего я слышу щелчок, а затем руку неприятно обжигает. Твою мать, а он силен. Я шиплю от боли.

— Тогда как насчет чего-то серьезного? Постоянная девушка?

— Которая будет каждый раз ждать меня дома, пока я неделями пропадаю в других странах? – Я насмешливо выгибаю бровь. –  Или которая будет с тревогой крутить в руках мобильный телефон, потому что в любой момент могут позвонить из полиции и сообщить, что меня застрелили или я попал в тюрьму?

Я поимел достаточно женщин, но не получаю удовлетворения от секса на одну ночь во всех мыслимых позах.

— Да ладно. Ты же оправдываешься.

— С чего это вдруг? –  огрызаюсь я.

Квест смеется:

— Ты изменишь свое мнение, когда встретишь ту самую.

Мои глаза сами по себе ищут Нурию, которая подтянула колени к спинке сиденья перед собой и расслабленно устроилась в тесном кресле в удобных спортивных штанах, белом топике, не закрывающем живот, и с заколотыми волосами.

Я уже нашел ту самую. Даже если она еще об этом не знает. Потому что никто не знает и никогда не сможет узнать.

И уже сегодня ночью я приду к ней, попробую ее на вкус, почувствую ее, прикоснусь к ней. Подожди, мой маленький цветок, я ближе, чем ты думаешь. Ты ведь тоже это чувствуешь.