На краю несбывшихся надежд - Оксана Ласовская Страница 20

— А любопытной Варваре на базаре нос оторвали! — засмеялась я и щелкнула его по носу. — Иди, мой руки, надо приготовить что-нибудь поесть. Я голодная как волк.

Степка долго торчал в ванной, а я в это время делала яичницу с ветчиной. Брат появился на кухне с мокрой головой и плюхнулся на диванчик.

— Кайф! Просто кайф!

— Ты о чем? — удивилась я.

— О горячей воде и теплой ванной. Это… Это… Это кайф!

— Других слов не находится? — засмеялась я и поставила перед ним тарелку с яичницей. — Ешь и иди отдыхай.

— А где я буду спать? — прошамкал с набитым ртом Степан.

— В моей спальне есть еще диван, я могу лечь там, вместе с Викой, а ты будешь спать в гостиной.

— Не, давай лучше я с Викой, мы привычные. А ты в гостиной. Не будем тебя стеснять.

— Степ, вы меня не стесняете, — серьезно глядя на брата, сказала я. — Теперь это и ваш дом тоже.

— Слушай, Мира, а ведь я могу спать здесь! — Степка откинулся на спинку диванчика. — Смотри, как классно! И холодильник рядом!

— Ты не будешь спать на кухне, — отрезала я. — Ты же не собака!

— Почему собака? — поразился Степка. — Здесь хорошо! Батарея рядом, тепло, диван мягкий! Нет, решено, сплю я здесь!

— Ой, как хочешь, — махнула я рукой, не найдя в себе сил спорить с братом. Мне внезапно очень захотелось спать: видимо, сказывалась бессонная ночь.

— А чем кормить животных? — опомнилась я. — Может, за кормом сбегать?

— Ага, за кормом! — захохотал Степан. — Да они жрут что приходится, какой корм?

С этими словами он бросил кусок хлеба сидевшему у стола Пушку. Песик поймал хлеб в воздухе и мгновенно проглотил его. Только сейчас я заметила, как из-под роскошной шерсти торчат кости. Собачка была изголодавшаяся и худая.

— Сейчас я тебя покормлю, — пообещала я и, отрезав от батона белого хлеба большой кусок, протянула его Пушку. Песик посмотрел на меня настороженными глазками, аккуратно взяв хлеб, улегся и, зажав его в лапах, принялся аккуратно есть.

— А кот? Он спрятался под кровать!

— Пусть посидит! — махнул рукой Степка, расправившись с едой и отодвинув от себя тарелку. — Успокоится — сам вылезет. Он просто ошалел от города.

Я промолчала. Брату, наверное, виднее, я никогда не имела дела с животными.

Степка положил голову на спинку дивана, глаза его закрылись.

— Сейчас принесу тебе подушку. — Я бросилась в спальню и, пошарив в шкафу, притащила брату подушку и плед. Он сонно пробормотал слова благодарности и затих.

Я вышла в гостиную и повалилась на диван. Но, вопреки ожиданию, сон не шел, в голове крутились тяжелые мысли. Моя налаженная жизнь трещала по швам, и я не знала, какой шаг предпринять первым, куда идти, к каким врачам обращаться и чем помочь Вике…

Вытащив телефон, я набрала номер Сони. Подруга молча выслушала мой рассказ и заявила:

— Мирка, ты герой! Вот серьезно! Герой нашего времени!

— Да ладно тебе, что ты глупости говоришь, — отмахнулась я. — Степка и Вика — мои единственные родственники…

— Не спорь даже. Вот я бы так не смогла! Ты же взвалила на свои плечи непомерную ношу!

— Вот это точно, — вздохнула я и села на диване, скрестив ноги. — Вику нужно срочно показать врачу, чем скорее, тем лучше. Сонь, может, ты у родителей спросишь, они могут посоветовать хорошего врача? Ну, должны же быть у них знакомые в медицине!