Хрупкое завтра - Татьяна Тронина Страница 20

— Алена…

— Не трогай меня! – окончательно выйдя из себя, прошипела я. – Ты мне не нужен. Я люблю другого человека, он мне ближе и понятнее, он для меня – свой.

— Ты серьезно? – отстраняясь, вдруг холодно произнес Артур. – Ты уже в который раз говоришь об этом загадочном «другом человеке». Кто он?

— Не скажу! И да, я серьезно!

— Понял, – жестко, уже совершенно трезвым голосом произнес он. – Больше не стану тебе досаждать. Ты права: хорошо, что я не успел сегодня представить тебя своим родителям.

Он развернулся и ушел. А я еще некоторое время стояла на крыше, жадно вдыхая теплый летний воздух. Он пах липами, я это отчетливо чувствовала.

Смысл мне связываться с Артуром? Я своей цели добилась – уберегла его от гибели, рассказав о будущем. Но мужа я себе выберу другого. Из своих, а не из элиты.

* * *

Когда я вернулась, то обнаружила, что Бабаня еще не ложилась. Наверное, ждала меня, да так и задремала на стуле перед крошечным черно-белым телевизором «Старт» (у нас дома, вернее у Лены-прошлой и мамы, был такой же).

Вещание уже закончилось, на экране телевизора мерцала загадочная настроечная таблица.

Бабаня сидела склонив голову на плечо, сложив руки на груди и минорно посвистывала носом.

— Я пришла, – осторожно коснулась я ее плеча.

— А? – вскинулась она, улыбнулась, придержала ладонью искусственную челюсть, которая едва не выскочила у нее изо рта. – Пришла, значит, деточка! Ну как, весело было в гостях?

— Прокурили всю, – пожаловалась я, нюхая рукава своего батника. – Стирать одежду придется.

Модные джинсы и батник на мне Бабаню совершенно не удивили, она смотрела на меня всегда с обожанием, полностью принимая все мои поступки, покупки и речи. Я была ее счастьем, мое появление виделось ей чудом, ведь я теперь для нее – единственная родная душа, внучка, оставшаяся после смерти ее единственного сына Володи. Для Бабани вся радость мира заключалась теперь во мне.

— Ну ничего, постираем… – мирно произнесла она. – Чем кормили-то у Дельмасов?

— Пирожками. Но твои вкуснее!

Бабаня счастливо улыбнулась, потянулась. Потом охнула, схватившись за плечо, затрясла рукой. Кивнула на телевизор и спросила с загадочным видом:

— Как ты думаешь, «они» на нас смотрят?

— «Они»? – переспросила я.

— Ну да, «они»…

— А кто тебе сказал – про «них»? – с интересом спросила я.

— Сегодня с бабками сидела во дворе. Подружайки мои говорят, «они» за нами через телевизор наблюдают. И как-то, знаешь, теперь неудобно переодеваться, вдруг смотрят на меня, а я тут телешусь… халат когда переодеваю.

— Да кому мы нужны! – засмеялась я. – Ложись, а то завтра рано вставать.

Я умылась, легла спать в своей отдельной крошечной комнатке. Мне было немного не по себе: надо же, рассорилась с Артуром, любовью всей моей жизни! Но мы с ним уже не первый раз ссорились… Раньше он был моей мечтой, теперь же превратился в реальность. И эта реальность мне не очень нравилась.

Да, и как забавно Бабаня спросила сейчас про этих загадочных «них». Я и забыла, что люди даже в далеком прошлом беспокоились о том, что кто-то все время наблюдает за ними. И это не о высших силах, нет, в данном случае это о спецслужбах. Хотя в каком году написали про Большого Брата? Или, говорят, Оруэлл подглядел этот сюжет у Замятина, из романа «Мы»?